Я снова возвращалась в «Бокс».
Два часа спустя
«Бокс», Юинг
Красный свет неоновых ламп, резкий и слепящий, бил по глазам, пробуждая воспоминания, которые только-только начали тускнеть. Едва мы переступили порог, как вновь нахлынули мысли и чувства, которые я так старательно отгоняла от себя.
Моя бывшая работа. Его игровое поле.
Я замерла, оглядываясь по сторонам, словно время остановилось, пока другие посетители клуба, пьяные или под кайфом, отрывались вовсю. Ава, Коди, Джейкоб и Рокс уже веселились внизу, но я не могла танцевать с ними. Каждая клеточка моего тела противилась этому. Я уставилась на перила перед собой, в горле застрял ком, в голове снова звучал наш первый разговор.
«Ты потеряла кулон?»
Я помнила все, каждую секунду, проведенную здесь рядом с ним, с того мгновения, как он попросил кого-то пропустить меня к нему… и до того, как мы жадно целовались в туалете. Я покрутила в пальцах кольцо на цепочке. И тут же по щекам потекли слезы. Я схватила виски с колой и выпила залпом, безуспешно пытаясь утопить переживания в алкоголе. Увидев, что друзья возвращаются, я отправилась в туалет. Как только я вошла туда, сердце заколотилось сильнее. Перед зеркалом две девушки поправляли макияж, а я оперлась на раковину, захваченная воспоминаниями – его руки на моем теле, его губы прижимаются к моим. Одна из девушек нарисовала помадой на зеркале сердечко, обе ушли, и я осталась одна. Ноги сами понесли меня к зеркалу. В нем отражались кабинки, и при взгляде на них я сдавленно всхлипнула. Я явственно видела, как Кай стоит за моей спиной, прислонясь к дверце одной из них. Пальцы вцепились в край раковины. Я бы сделала что угодно, лишь бы увидеть его – хотя бы раз.
Но я убила его.
– Прости меня… Пожалуйста, вернись…
Слезы лились не переставая. Я провела рукой по волосам и подняла глаза к потолку.
– Я только хотела спасти тебя.
Закурила сигарету, наблюдая, как пламя медленно пожирает кончик, и лишь потом затянулась.
– Должно быть, ты ненавидишь меня – той ночью я не взяла твою сигарету, – прошептала я с улыбкой. – Но без тебя я больше не делаю первую затяжку.
Тут я заметила маркер и невольно усмехнулась, вспомнив надпись в одной из кабинок. Я заглянула в нее – да, так и есть, фразочка на месте, а вокруг появились новые.
«Кай, если ты это читаешь: я тоже хочу, чтобы ты трахнул меня здесь».
– Какой кринж, – усмехнулась я.
А потом в порыве эмоций схватила маркер и подписала на стене под его именем:
«Вернись ко мне… Если сможешь…»
Пальцы дрожали, выводя признание – слова, которые я никогда не могла произнести вслух, правду, которую сердце отказывалось принимать. Но в этот миг полной беззащитности, перед немым эхом букв на бетоне, для лжи не осталось места. Я больше не могла прятаться от правды.
«Я люблю тебя».
…Влюбленная в призрака.
Дверь туалета с грохотом открылась, вернув меня к реальности. Я заперлась в кабинке и продолжила тихонько курить, мечтая остаться в одиночестве. Тишину нарушил женский смех.
– Честно, сто лет не отмечала день рождения в клубе! – Голос Авы.
– Точно! Мне безумно не хватало тусовок с тобой!
– Мы примчались, как только ты позвонила, – добавил третий голос, незнакомый мне. – А с кем это ты пришла?
– С одним другом и его компанией. Боялась, что будет скучно – я ведь их не знаю, – насмешливо пояснила она. – Но оказалось, они отжигают не хуже меня!
Да ладно!
– Твой парень тоже там? Что-то его не видно.
– Нет, он в последнее время занят. Но как только освободится, я везде буду ходить с ним, – воодушевленно добавила Ава.
Значит, у нее есть парень.
– Только та брюнетка, которая с вами, какая-то депрессивная, – хихикнула одна из девушек. – Тощая как скелет – попробуй накормить ее, что ли.
Я вытаращила глаза. Это обо мне?
– Ты про Айрис? Да, бедняжка, у нее, похоже, пищевое расстройство, – вздохнула Ава, правда довольно равнодушно. – Я не очень с ней знакома, она кажется такой невинной простушкой.
На этих словах я зависла. Машинально обхватила запястье большим и средним пальцами. Взглянула на свои бедра, виднеющиеся из-под короткой юбки. И резко почувствовала, что начинаю комплексовать.
– Я пошла, девочки, увидимся внизу!
– До скорого! – ответила одна из подруг, и дверь захлопнулась.
«Невинная простушка»… И к тому же в депрессии.
– Хватит тебе критиковать незнакомых, – рассмеялась вторая. – Пойдем выпьем, умираю от жажды!
Прошлое снова вцепилось в меня. Я увидела ту школьницу, которая забилась в туалетную кабинку и слушала издевательские насмешки одноклассниц. Я медленно сползла по двери кабинки на пол, прижала колени к груди – вот бы исчезнуть, раствориться, сбежать из собственного тела. Дыхание стало прерывистым, ногти впились в ладони.