— Эрос, — шепчу, пытаясь привлечь его внимание. — Эрос! — говорю немного громче. Он поворачивается и подмигивает мне.

Чёртов идиот.

Я осматриваюсь, убеждаясь, что нас никто не видит.

— Что, чёрт возьми, ты творишь? — шепчу ему. Он молчит.

 

Подожди меня, — говорю, делая жесты, прежде чем сделать глоток шампанского, чтобы оно не пролилось, и нести его к отцу.

— Вот, — говорю с нервной улыбкой.

— Спасибо, маленькая.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, прежде чем эта дама начнёт снова расспрашивать меня о моей жизни студентки или спрашивать, есть ли у меня парень. Но голос моего отца останавливает меня.

— Куда ты идёшь?

— В туалет, — говорю, не задумываясь.

— Но туалет в другую сторону, — говорит он немного растерянно.

— Потому что... я не в тот туалет иду. Я в другой, — бурчу с нервным смехом.

Мой отец кивает головой, слегка озадаченный, и я тороплюсь вернуться, чтобы найти Эроса.

Когда я прихожу, потолок на месте, а он сидит на стуле и курит сигарету.

Мой первый инстинкт — это отнять у него сигарету и выбросить её.

— Ты не можешь здесь курить.

Эрос поднимает руки в воздух, выпуская дым.

— Расслабься. Мы не можем целоваться, а мы целуемся.

Я открываю рот, а потом снова закрываю его, потому что мне нечего на это ответить. Честно говоря, он прав.

— Что, черт возьми, ты делал? Ты что, с ума сошёл? — спрашиваю, сводя брови и скрещивая руки.

— Я собирался выйти отсюда, чтобы твой отец не заставил меня оставаться с этой кучей стариков и не смотреть, как новобрачные режут торт. Я уже задолбался от этой свадьбы, — говорит он, вставая.

— Ты что, думал уйти оттуда? — спрашиваю, нахмурив брови и скрестив руки.

— А куда ещё? — отвечает он.

— Может, через заднюю дверь? — отвечаю я тем же тоном.

— Они закрыты, дорогая "я самая умная", — говорит он, поднимая пальцы в воздух, подражая моему голосу.  

— И поэтому мы должны выйти через вентиляционное отверстие, господин "я считаю себя шпионом"?

Эрос делает шаг ко мне, смотрит сверху вниз и скрещивает руки. Он вызывает меня на дуэль, что меня бесит.

У тебя есть идея получше?

Я прищуриваю глаза и отвожу взгляд.

— Нет, — бурчу я, сердито.

— Что ты сказала? — снова спрашивает он, поднося руку к уху.

— Я сказала "нет", идиот слепой.

— Ладно, теперь поцелуй меня, — говорит он, обвивая мои бедра руками и притягивая меня к себе.

— Не хочу, — отказываюсь, отворачивая голову. Хотя на самом деле я очень хочу, черт возьми, мне так этого хочется. Но мой гордость всегда на первом месте.

— Конечно, хочешь. К тому же я победил, это мой приз.

Я смотрю на его губы и, не раздумывая, прижимаю свои к его, создавая короткий, но довольно интенсивный поцелуй, от которого у меня в животе появляется странное чувство, которое щекочет. На самом деле, немного странно целовать того самого Эроса Дугласа, моего глупого телохранителя, но, честно говоря, я бы могла привыкнуть.

— Ну что, пошли.

Сначала я забираюсь на стул, и Эрос помогает мне подтолкнуть меня наверх в вентиляционный шахт, затем он поднимается и снова ставит квадратик на место. Шахта довольно широкая, но для того, чтобы двигаться, нужно ползти на четвереньках. К счастью, здесь довольно чисто, и я не испачкаю своё платье. Я знаю, что нужно двигаться вправо, чтобы выйти, так как там находятся двери, поэтому начинаю ползти, а Эрос следует за мной сзади.

— Как тебе? — спрашивает он.

Снизу, или точнее, снаружи, слышны голоса гостей и новобрачных, которые что-то ликуют.

Я почти собираюсь ответить, когда снова ставлю руку вперед, и один из квадратиков падает вниз.

Я сдерживаю крик, закрывая рот рукой, когда понимаю, куда он упадет.

Прямо на торт.

Все начинают восклицать что-то, и Джозефина вопит, когда вся тортовая масса летит на её платье, как раз в тот момент, когда новобрачные начинают его резать. Одна свечка вылетает и попадает в голову даме, той самой, что разговаривала с моим отцом на банкете. И самое удивительное — её волосы начинают гореть, она орёт как сумасшедшая, пока не сбивает их и не кидает в воздух. Это даёт мне понять, что это парик.

— Что, чёрт возьми, произошло? — спрашивает Эрос.

Мужчина рядом, думая, что у неё всё ещё парик на голове, выливает бокал шампанского ей на голову, промочив её, и она начинает бить его сумочкой. А лучше всего то, что горящий парик падает прямо на подарки, которые тоже начинают гореть.

Подарки! Потушите подарки! — кричит Патрик, схватив чашу с пуншем, которую, видимо, собирается использовать, чтобы потушить огонь.

Джозефина начинает плакать, а фотограф не прекращает снимать. Уверена, у них получится отличный альбом.