— Риз, дорогая, ты в порядке? — спрашивает Джозефина с её места. Её сестра подправляет последние детали прически, и по туалетному столику разложены различные косметические средства.

Я отрываю взгляд от окна на секунду, чтобы посмотреть на неё.

— Эээ... Да, конечно, — говорю, кивая головой.

— Ты выглядишь немного рассеянной.

— Это ничего важного, правда, — отвечаю, снова поворачиваясь, чтобы найти Эроса во дворе. Персонал устанавливает последние приготовления и раскладывает оставшиеся стулья. Гости уже прогуливаются по саду, украшенному белыми простыми цветами, и начинают садиться.

Но я не вижу его нигде.

— Так, я готова, — говорит радостным тоном Джозефина. — У меня есть что-то старое и голубое, волосы сделаны, платье красивое... Подожди. Платье действительно красивое, правда? Чёрт! Я должна была купить то без рукавов, но их не было в моем размере. Да, конечно! В это никто не поверит! Всегда могли бы сделать несколько поправок и...

— Джозефина, — перебиваю её. — Ты прекрасна. Правда. — улыбаюсь ей.

Её сестра смеётся.

— Ты тоже, — говорит она мне. — Вообще-то, мы хорошо выбрали это платье, тебе оно идеально подходит.

Я благодарно улыбаюсь. На самом деле, платье не такое уж и плохое. Сначала я думала, что оно слишком яркое, но потом поняла, что не так уж много случаев, когда можно надеть красное платье, состоящее из двух частей, с открытым животом и декольте. И теперь я знаю, что сделала правильный выбор.

Снова смотрю в окно, немного прищурив глаза. Где же он?

— Мне нужно идти, я оставила Майкла одного с тремя детьми, — извиняется её сестра, вытирая маленькие слезы.

— Ладно, — отвечает Джозефина, тоже вставая.

Прежде чем её сестра успевает открыть дверь, слышатся три легких стука. Когда дверь открывается, появляется Эрос в своем идеальном черном смокинге и с бабочкой, и я искренне не верю, что всего несколько часов назад я целовала этого парня, который, кажется, только что спустился с небес. И нет, я не преувеличиваю ни капельки.

— У меня сообщение для невесты, — говорит он с улыбкой. Джозефина улыбается, осматривает его с головы до ног.

— Парень, надеюсь, ты не собираешься сказать мне, чтобы я бросила Патрика на алтаре и сбежала с тобой, потому что у нас будут серьезные проблемы, — говорит она, хихикая. Я тоже смеюсь, затем с озорной улыбкой смотрю на Эроса, и он мне отвечает той же самой.

— Нет. Я пришёл сказать, что всё готово. Гости уже ждут. — Он сожалеет о предложении.

Она смеётся, но лицо её меняется.

— О, Боже! Я выхожу замуж! — восклицает она, хватая меня за руки.

— Всё будет идеально, — подбадриваю её.

Да, всё будет, конечно, — говорит она, слегка поправляя волосы. — Ладно, пора идти. — Она выходит из комнаты и делает глубокий вдох. — Пожелайте мне удачи.

Я перекрещиваю одну ногу перед другой, слегка шатаясь, пока держу сумочку перед собой и наблюдаю, как она исчезает в коридоре. Эрос оглядывается и, когда она полностью исчезает, медленно закрывает дверь, чтобы не создать шума. Повернувшись, он идет ко мне, медленно облизывая нижнюю губу. Как хищник, готовый атаковать свою добычу.

— А что у нас тут? — произносит он хриплым голосом, осматривая меня с головы до ног. Это заставляет мои нервы напрягаться, а пульс учащается. Я смеюсь и кидаю сумочку на пол, обвиваю руками его шею. Я на каблуках, поэтому почти такая же высокая, как он. Почти, потому что Эрос все равно выше. Он проводит руками по моей талии, опуская их еще ниже и чуть назад, прижимая меня к себе.

Я приоткрываю губы и поднимаю голову, пытаясь достать до его губ, но он наклоняет голову назад, что заставляет меня еще больше волноваться.

— Я думал, ты считаешь меня идиотом и ненавидишь меня, — говорит он с гримасой.

Я скользну руками по его плечам и перекрещиваю их за его спиной, прижимаясь еще сильнее.

— Да, ты идиот. Я тебя ненавижу, — произношу я медленно, прежде чем снова попытаться. На этот раз, оставаясь всего в миллиметрах от его губ.

— В таком случае... — шепчет он, его дыхание учащается. Я чувствую, как его теплое дыхание касается моих губ, и клянусь, я никогда так не хотела поцеловать кого-то. — Я тоже тебя ненавижу, Расселл.

Мне не удается ответить, потому что он прижимает свои губы к моим и толкает меня назад, заставляя меня потерять равновесие из-за каблуков, что заставляет меня рассмеяться прямо посреди поцелуя. Я следую его ритму, возбужденная и нетерпеливая, как этой ночью, но чуть более сладко. И черт возьми, теперь я понимаю, почему у него имя как у Бога. Потому что его губы — это чертов рай.

Раздаются удары в дверь, и, увидев, что Эрос не собирается останавливаться, я сама разрываю поцелуй.

— Риз, ты там? — спрашивает мой папа с другой стороны двери.

Я резко отстраняюсь от Эроса, как если бы его прикосновение вдруг стало огненным.

Святые угодники.

Эрос поднимает брови, но не перестает улыбаться, как будто вся эта ситуация забавная. И что еще хуже, его губы все в красной помаде. Точно такой же, как у меня.