Я попытался удержать взгляд на его глазах, хотя было трудно выдержать его холодный взгляд.

— Я не заметил ничего странного. Начинаю думать, что их взял мой отец.

Его светлая бровь слегка приподнялась вместе с пирсингом, который её пронзал. Я тоже зацепился указательным и средним пальцами за сетку, и кончики наших пальцев рассеянно соприкоснулись. И я ощутил странный горячий вихрь в животе.

— Долго ещё до конца тренировки? — спросил я, пытаясь унять нарастающее внутри головокружение.

— Больше получаса, — ответил он.

Хотя между нашими телами была сетка, мои дерзкие глаза жадно изучали его припухшие губы. Джексон это заметил и кивком указал в сторону раздевалок.

— Пойдём, тренер отвлёкся.

Я последовал за Джексоном и заметил, как он что-то взял с решётки возле лестницы сбоку от поля.

— Что ты взял? — спросил я, когда он спрятал руку в карман спортивных шорт.

— Ты же не собираешься идти в общую раздевалку? — пробормотал он, и мы быстрым шагом удалились от поля.

Мы прошли мимо трибун, и стоило нам завернуть за угол, как мы оказались достаточно далеко от всех, чтобы прижаться друг к другу жадными губами.

— Ты придёшь сегодня вечером? — спросил он, обнимая меня за талию.

— Да, — прошептал я, прежде чем ответить на его страстный поцелуй.

Я коснулся языком металлического кольца и, зажав его зубами, втянул в рот. Джексон тихо застонал от удовольствия, затем сказал:

— Идём.

Блондин открыл дверь небольшого домика и провёл меня в раздевалку тренера. Мы продолжали целоваться, не обращая внимания ни на место, куда вошли, ни на риск, которому подвергались. Джексон сел на скамью, а я устроился верхом на нём.

— Если нас поймают, всё плохо кончится… — прошептал он, давая понять, чтобы я сел к нему на колени.

Лоб Джексона был покрыт испариной, волосы растрёпаны, но меня это вовсе не смущало — наоборот, мне это нравилось. От него исходил его привычный приятный аромат, смешанный с насыщенным мужским запахом, и это возбуждало все мои чувства. Наше сбивчивое дыхание смешивалось, и мы продолжали страстно целоваться. Он крепко держал меня за бёдра, я обвил руками его шею, не совсем понимая, как двигаться дальше. Его каменная эрекция уже упиралась мне в бёдра.

— У меня нет… — он задыхался.

— Чего у тебя нет, Джекс?

Краешек моей губы всё ещё цеплялся за его рот. Нам было трудно оторваться друг от друга.

— Презерватива. Я же не хожу на тренировки с…

— Неважно, — прошипел я, снова целуя его, но он остановил меня рукой, упершись в мою грудь.

— Блейз. Важно, — произнёс он жёстким, недовольным голосом.

— Прости, я не имел в виду, что нам не нужно его использовать. Меня устроит, даже если мы вообще ничего не будем делать…

Чёрт возьми, я всё портил.

Страх сделать неверный шаг и снова вернуться к тому, как было раньше, заставлял меня нести чушь.

— Мы всё равно можем…

Но я не дал ему закончить фразу и снова поцеловал его, охваченный неконтролируемым желанием, которое толкало меня раздеть его. Джексон глухо застонал в тот момент, когда я стянул с него влажную от пота футболку. Я залюбовался его атлетичными плечами и рельефной грудью, провёл по ним кончиками пальцев, и его разгорячённая кожа возбуждала меня ещё сильнее.

— Блейз, мне бы сначала принять душ, — выдохнул он сквозь сжатые зубы.

Я приблизился и коснулся кончиком носа его горла. Он вздохнул, откинув голову назад, обнажив гладкую, манящую шею, которую я начал целовать с жадностью. Совершенство было прямо подо мной. Его соски затвердели, по коже пробегала дрожь с каждым новым движением моего языка, но когда он схватил мою руку и направил её между своих бёдер, уже у меня перехватило дыхание.

— Ты останешься у меня после вечеринки? — спросил я, слегка покусывая его чувствительную кожу.

Он кивнул, затем широко раздвинул ноги в властном жесте, и я понял, что поцелуев в шею ему уже недостаточно. Я положил обе руки на его мускулистые бёдра и опустился вниз, к полу. Джексон спустил шорты до щиколоток, и я провёл языком по его длине, отчего он громко вздохнул.

— О, чёрт, да, — пробормотал он, пока стенки моего рта наполнялись его мощным членом.

Руками я обхватил его сильную грудь, позволяя пальцам наслаждаться каждой деталью его тела.

— Слушай, я тут подумал… ты ведь ни с кем больше не встречаешься, правда?

— Тебе кажется, сейчас подходящий момент? — ответил я снизу, прерывая движение.

— Я хочу знать.

— Нет. Если только ты сам ни с кем не встречаешься.

— Нет, я с тобой, — прошептал Джексон.

Я снова начал медленно вводить и выводить его толстый, набухший член изо рта, и он тихо застонал от удовольствия. Эта игра продолжалась около десяти минут: я слушал, как его дыхание становится всё быстрее, а ткань моих боксёров натягивается от возбуждения.

Но времени у нас было немного.