— Я хочу в ваш отряд! — сразу заявила Сервилия, а Нил только насмешливо на неё покосился. Терпеть не могу этот его взгляд — полный снисхождения и превосходства. А ещё уверенности в том, что он знает гораздо больше, чем мы все думаем

— Не уверен, что в свете последних оплошностей, будет разумно включать тебя в отряд, — заметил я.

— Но мистер Аймор!

— Я подумаю.

Нил выслушал наш короткий диалог и выдал своё решение:

— Хорошо, собери отряд и выдвигайтесь. После я жду полный отчёт о том, что там творится.

Я кивнул и, забрав письмо, повернул обратно. Всё это время ассистентка шла за мной, рассерженно пыхтя, но пока что в спор вступать не торопилась. А в приёмной нас ждал сюрприз: Линнейт Тайкер стояла там в растерянности, держа в руках злополучную кастрюльку из-под преподнесённого мне сегодня “рагу”. 

Сервилия уставилась на неё выпученными глазами, словно увидела что-то неподобающее или даже кошмарное! Я быстро подхватил Линнет под локоть и затащил в свой кабинет.

— Зачем ты принесла это сюда?

— Ну так вы же сами утром просили вернуть вам посуду. Драконы всё съели и даже не отравились! — с явной иронией в тоне добавила она.

— Надо же было как-то аккуратнее, что ли… — вздохнул я и потёр веки пальцами. — Мне не хотелось обижать Сервилию. Она всё-таки старалась…

Девушка окинула меня скептическим взглядом и поджала пухлые губы, словно что-то в моих словах её задело.

— Простите, я думала, она уже ушла домой. А вы обычно задерживаетесь.

— Ладно. Зато теперь она перестанет носить мне еду, которую я не могу съесть, — махнул я рукой. — Но вышло неловко.

Мы с Линнет переглянулись и одновременно тихо рассмеялись: чтобы не слышала ассистентка.

— Могли бы сразу сказать, что вам не понравилось, а не отдавать адептам, — обидчиво пробурчала она, когда я возвращал ей кастрюлю.

И лучше ей не знать, что рагу скормили вовсе не им.

— У всех у нас разные вкусы. Кому-то вот понравилось.

Ассистенка вздёрнула подбородок и удалилась, не попрощавшись.

Глава 7.1

Элисанна

Проснулась я оттого, что на лоб мне что-то капнуло. Сначала я подумала, что это какой-то дурацкий сон, но когда провела ладонью по лицу, стало ясно, что нет — это вполне себе паршивая реальность. В подтверждение к этому вторая капля упала мне прямо в глаз, который я едва только приоткрыла.

— Чёрт! Что за шутки?!

Дождь с потолка становился всё интенсивнее. Не успела я встать с постели, как уже была мокрой почти до пояса. Потолок набух от влаги, и от него уже начали отставать крупные куски штукатурки, плохо прокрашенные стены пошли тёмными потёками. Меня кто-то натурально топил, чем грозил сделать мои условия проживания совсем уж невыносимыми.

Ругаясь самыми нехорошими словами, какие только знала, я нацепила халат поверх сорочки и отправилась выяснять, кому с утра приспичило так неудачно помыться. Путём нехитрых вычислений я определила комнату, где и творилось всё это безобразие, постучала в дверь — ничего. Постучала ещё раз — никакой реакции. Может, этот водяной просто боится, что ему сейчас за такие выходки навешают люлей?

Выламывать дверь я как-то не решилась, а то ещё сама угожу под санкции за порчу имущества Академии, поэтому пришлось топать к коменданту. Та восприняла мою проблему очень сочувствующе, хоть и не сразу вникла в неё спросонья.

— Какая комната? — переспросила она, вяло моргая. — Двадцать четвёртая? Так там же ремонт и никто не живёт! Ерунда какая-то.

Вооружившись ключом от той самой комнаты, она повела меня обратно, отперла замок, и вместе мы вошли в сырое, пропитанное парами горячей воды помещение.

— Кошмар какой! — сразу заверещала комендант.

Вода полилась в коридор, едва не ошпарила нам ноги. Пришлось мне бежать вниз, будить работников, чтобы они перекрыли вентили водоснабжения для всего стояка.

К тому моменту, как поток прекратился, комната, уже затронутая свежим ремонтом, превратилась в раскисшее месиво. Моя каморка была близка к ней по состоянию, но ещё имела шансы просохнуть, если я смогу открыть заколоченное наглухо окно. Однако ближайшие дни жить там будет попросту невозможно. Кровать насквозь сырая, вещи, которые были приготовлены к утренним занятиям — испачканы штукатуркой — включая новенькую, полученную только вчера форму. 

Комендант пообещала всё исправить в самые кратчайшие сроки, но ждать я уже не могла: моё самое первое занятие на Драконьем факульте вот-вот должно было начаться, и уже было ясно, что прийти вовремя мне не удастся.

А учитывая, что сегодня планировалась работа над элефином, опаздывать было совсем уж нехорошо. И только по дороге к плацу, на бегу, я поняла, что мне по-прежнему нужно вылететь с Драконьего факультета как можно скорее, поэтому торопиться не обязательно.