Что же касается явного расположения пернатой ко мне — это объяснялось довольно просто. Она чувствовала Шторма, а он, подлец, обладал в глазах дам особенно сильной харизмой. Порой мне удавалось его сдерживать, а иногда он считал, что вправе охмурить очередную даму, но без продолжения, что было для них особенно досадно.

Гораздо больше, чем неуёмная жажда внимания Шторма, меня беспокоило собственные реакции на абитуриентку Тайкер. В совершенно непредсказуемый отрезок времени я как будто терял контроль, причём не над драконом, а над собой.

Что на меня действовало? Какой-то едва уловимый, притягательный запах? Просто хорошенькая мордашка, которую хотелось рассмотреть поближе, или более глубокие желания? Это, пожалуй, было бы хуже всего.

Интрижки преподавателей со студентами строжайше запрещены Уставом Академии. Случись что-то из ряда вон выходящее, и отсюда полечу не только я, но и она. А мне это надо? Конечно, нет! Так что придётся держать свои мужские инстинкты под контролем.

А вот кое-кто не собирался себе ни в чём отказывать. Новая форма Сервилии была, кажется, ещё более обтягивающей, чем прежняя. Как пуговицы не отлетали от жакета, неизвестно, но что я вынужден был признать, ассистентке есть что демонстрировать — и она этого совершенно не стеснялась.

Я задумчиво оценил взглядом декольте, которое она настойчиво представляла моему вниманию, склонившись над столом, и поэтому до меня не сразу дошёл смысл её слов.

— Вам письмо, мистер Аймор, — проворковала Сервилия, а когда я забрал его, кокетливо тряхнула рыжими локонами.

Шторм послал мне отчётливый импульс, говорящий о том, что с девицей, которая не против, можно неплохо поразвлечься и сбросить, так сказать напряжение. Ха! Как будто моё напряжение его действительно волновало. Может, это и будет неплохой разрядкой, но точно закончится плохо. Хваткая Майло своего не упустит и наверняка превратит одноразовую интрижку в мою большую головную боль.

А поводов для неё у меня и так достаточно.

Вот сейчас, например: из Восточного Исследовательского Корпуса пришло тревожное известие о том, что они обнаружили подозрительную активность в Островном рифте. Он располагался на приличном расстоянии отсюда, что не делало это сообщение менее значительным.

— Что там? — совершенно невинно поинтересовалась Сервилия.

Скрывать не было смысла: она аспирантка и довольно опытный дрэйг. Может пригодиться.

— Из Восточного исследовательского корпуса что-то ещё приходило — раньше? — уточнил я.

— Насколько я знаю, давно ничего особенного не было. Так, штатные отчёты. Они наблюдают за Островным рифтом…

— В том-то и дело, — вздохнул я, вставая. — Я к декану Трейту.

— Можно с вами? — оживилась ассистентка. А когда я взглянул на неё, слегка стушевалась: — Ну, это же не секретная информация? А я могу помочь, если понадобится.

Я качнул головой, призывая идти следом. Возможно, Нил ещё на месте, хотя рабочий день уже окончен.

— А вам понравилось моё рагу? — вдруг спросила по дороге Сервилия.

Я едва не поперхнулся, вспомнив этот “дивный” вкус недопечёных овощей и недосоленного мяса. Не то чтобы я был особым гурманом, но даже для меня это было, мягко говоря, не очень. Она что, сама не пробовала свою стряпню, прежде чем подсовывать её мне?

— Очень даже… — выдавил я, еле сумев переступить через себя. — Но уверяю тебя, не стоит больше утруждаться. Я хорошо питаюсь.

— Ну что вы, мне вовсе не трудно! Я, между прочим, ходила на кулинарные курсы, и знаете, с тех пор мне впервые захотелось что-то приготовить, — защебетала довольная аспирантка.

Что ж, время на кулинарные курсы было потрачено зря…

К счастью, мы дошли до кабинета декана и успели застать его в последний момент: он уже собирался уходить.

— Что-то случилось? — уточнил, отложив жакет, который только что хотел надеть.

— Ты читал сегодняшнюю почту?

— Кое-что ещё не успел, — пожал плечами Нил.

Я вручил ему своё письмо, и некоторое время декан сосредоточенно его изучал, и вместе с этим на его лицо словно бы наползала тень.

— Как такое возможно? Островной рифт считается потухшим окончательно! Откуда там вообще могла взяться эта активность?

Да, Островной разлом не должен был испускать вообще никаких магических эманаций, потому что Штормовой Исполин, который раньше выходил из него, был теперь моей ипостасью. Да, Исполинов нельзя победить полностью, поэтому, когда они появлялись, к ним слетались десятки драконов, чтобы подавить, измотать и заставить вернуться в свой рифт. Тогда о нём можно было забыть на несколько лет — при удачном стечении обстоятельств.

Правда, в это время из другого разлома мог появиться другой Исполин — но это уже отдельная история.

Факт в том, что в рифте Штормового Исполина больше никогда и ничто не могло появиться. Однако что-то там зародилось. Как?

— У меня тот же вопрос. Поэтому я предлагаю собрать отряд самых толковых дрэйгов и наездников и слетать туда проверить лично. Мне, возможно, удастся что-то выяснить, а студенты получат неплохую практику.