Молодое, но пугливое сердце не выдержало накануне сегодняшнего веселенького мероприятия, посему прежняя хозяйка тела скончалась. И в нем оказалась моя душа. Потому как, в отличие от Эль, я очень хотела жить. И такую досадную случайность, как пробитая насквозь грудь после аварии, моя душа отказалась принять в качестве достойной причины, чтоб отправиться на тот свет.

Прежний же мир мне, Тусе, в смысле Таисии Алитовой, оказался недоступен по техническим, вернее, анатомическим причинам, так что, когда госпожа Смерть, представившаяся как Хель, по мою душеньку пришла, я, призрачная, взяла и удрала, куда могла. Благо была я не одна. Нас, призрачных, там цельная экспедиционная группа на трассе враз оказалась. Вот костлявая и не уследила.

Но только я как-то не учла, что свободные тела обычно сами по себе не бывают и не от хорошей жизни их покидают предыдущие хозяйки. Так что истину «попаданство идет в базовой комплектации с кучей проблем» я по ходу дела и постигала. А заодно и разгребала оные. Уж как могла.

Это, к слову, делом было знакомым. Почти родным. Правда, раньше я больше копалась в земле, с заступом в руках, чем в неприятностях… Хотя у археологов и последних тоже порой хватает. Например, вы там раскопки проведите сейчас. А деньги — мы потом, как институт грант получит… И так все десять лет, что я пахала. Пришла сразу после получения диплома в отдел работать по специальности, а осталась — по любви…

И та довела меня до смерти. А мне всего-то тридцать с малюсеньким плюсиком. Вернее, уже с крестиком. Надгробным. В том мире.

Но если я что-нибудь не придумаю, то и в этом тоже. Ну я измыслила, что могла на скорую руку после того, как побег не удался (да, было и такое): логично рассудив, что раз драконы требовали красавиц, буду не такой, как все.

Может, у крылатых от уродства их завтрака аппетит портится, кишки узлом сворачиваются, а чувство прекрасного помирает в страшных муках. Ну иначе какой смысл в требованиях к нашему проигравшему королевству выкатывать вот этот пункт о внешности?

И, кажется, мой план работал. Потому что судьба явно благоволила женщине, которая вчера полночи набивала ветошью нижнее белье, — меня до сих пор не забрали. Остались вон один крылатый в небе и мы с пани Новак вдвоем. Так что шансы быть сожранной — пятьдесят на пятьдесят.

Украдкой посмотрела на небо, где еще недавно кружила стая поголовьем в одиннадцать драконов. Спрашивается, зачем тогда им было двенадцать дев? Непонятно, но в меня это вселяло надежду.

— Только не я, — едва слышно прошептала блондинка рядом и судорожно сжала кулаки, когда огромная крылатая тень на секунду закрыла собой небо. Королевские гвардейцы дружно отступили еще на несколько шагов.

В следующий миг драконьи лапы сжали тонкую талию, на площади раздался девичий крик, и чешуйчатая туша взмыла в небо.

Я же выдохнула. Уф! Пронесло. Можно расходиться. Драконы закончились. Мои нервы тоже. Зато я осталась. Одна. Посреди площади. В окружении зевак и гвардейцев. С королевской ложи на меня взирали владыка, придворные, родня уже разобранных девиц. А вокруг было такое количество вытоптанного снега, словно здесь провели кавалерийский смотр. Ну хоть не увязну, когда пойду отсюда. Домой или на фиг — разница небольшая. Главное — поскорее.

Еще не веря своему счастью, я глянула на пустое небо, подернутое брюхатыми от вот-вот готового пойти снега тучами, и сморгнула. Серость над головой была пуста и бездраконна.

С пару секунд подождала. Ничего.

Где-то в ложе заплакала чья-то матушка. Кто-то принялся торопливо уводить лошадей. Гвардейцы переглядывались. А мои уголки губ, предатели, медленно поползли вверх.

Не взяли. Меня. Не. Взяли. Ну, Туся, живем!

С такими мыслями я свой отход и начала — поддернула юбки, чтоб ходить не мешали, повыше. А то, что, кажется, по колено и народ от этого ахнул — так это его проблемы. Как будто в этом мире женских ног никто не видел. И только я, отвернувшись, сделала пару шагов, как вокруг разом все потемнело…

Не поняла…

Лишь успела повернуть голову, как увидела еще одну крылатую тушу, которая черной стрелой пробила облака, словно крылатый пытался обогнать само время, и спикировала прямо на меня. Над головой хлопнули крылья. Взметнулся, казалось, уже укатанный под ногами снег.

Эй, дракон. Тебя здесь не стояло! В смысле, не летало! А ну, брысь! И лапы от меня убрал! Кажется, я это не только подумала, но и сказала. Только, увы, поздно…

Дракон, услышав это, на миг завис, кажется, не только в воздухе, но и мысленно. А потом глянул направо. Туда, где еще недавно стояли остальные девицы. Пусто. Посмотрел налево — тоже ничего. Потом снова на меня.

В ответ я выпятила живот. Взгляд ящера, рассеченный вертикальным зрачком, тотчас уперся в мое отсутствие талии, потом поднялся к груди, задержался на втором подбородке, добрался до лица.

На оном тотчас расплылась улыбка, продемонстрировав почерневший зуб.