Она попыталась выбросить прошлое из головы. Найдя кроссворд, достала из кармана спортивного костюма шариковую ручку и принялась медленно вписывать буквы, то и дело покусывая пластиковый кончик. Но сосредоточиться, понятно, не удалось.

В конце концов она сдалась, перевернула страницы и начала читать.

«Кон, возвращайся!

Сегодня объявили, что звезды шестидесятых, группа “Фишермен” воссоединится на лондонском стадионе “Уэмбли” во время предстоящего концерта “Музыка жизни”, билеты на который уже распроданы. Звезды прошлого и настоящего заявили, что в эти выходные деньги от концерта направят в Африку, но всех мучает лишь один вопрос: выступит ли Кон Дейли? Солист группы, как известно, не появлялся на публике более десяти лет».

Положив на колени раскрытую газету, она откинулась на подушку. Что-что, а сдерживать чувства она научилась. Только так здесь и можно выжить.

Она уставилась на трещину на потолке, которая, на ее памяти появившись на ровном месте, выросла с ладонь, и на лице у нее заиграла улыбка.

Что это? Радость?

Нет, не совсем.

Верить в судьбу она уже давно перестала. Но не счастливое ли совпадение, что если через две недели все пройдет хорошо и комиссия по условно-досрочному освобождению примет решение в ее пользу, она выйдет на свободу незадолго до исторического воссоединения группы «Фишермен» на концерте в «Уэмбли»?

В тот вечер, когда свет в камере мигнул три раза, предупреждая, сколько минут осталось до отключения, она подошла к умывальнику и почистила зубы. Потом достала из кармана четыре таблетки снотворного, которые ей дали охранники, бросила в бурлящую воду и смотрела, как они кружатся, прежде чем исчезнуть в трубе.

Мюриэл смотрела на нее в ужасе.

– Господи, милая, зачем ты так? Других ведь не получишь. Знаешь, какие тут нравы.

Она молча легла на кровать.

– Все в порядке, Мюриэл. Мне больше не нужно. Спокойной ночи.

Через несколько секунд свет погас.

Вместо привычного быстрого забытья, которое наступало после снотворного, она совершенно не хотела спать.

Нужно еще немного времени, чтобы прошло действие предыдущих таблеток и мозг заработал четче, но она справится. Придется.

Она позволила себе разворошить память, вернуть прежнюю ярость. Боль придаст ей силы и напомнит о справедливом возмездии.

Глава 1

Западный Корк, Ирландия, апрель 1964 года

Деревня Баллимор уютно устроилась на неровном побережье графства Корк. В холодные, пасмурные зимние дни, когда с Атлантики неумолимо налетали штормы, глаз радовали местные живописные дома, окрашенные в розовый, желтый и голубой цвета. Полторы тысячи жителей привыкли к дождям, которые шли три месяца без передышки, с трудом терпели долгие зимы, зная, что не за горами чудесное лето. Небо становилось лазурным, люди всех возрастов подолгу грелись на золотых пляжах, которыми славился край. И не было, черт возьми, места лучше.

Вслед за другими жителями деревни из церкви на бодрящий апрельский воздух вышла и Сорча О’Донован.

– Какое прекрасное утро! – улыбнулась ей Мэри О’Донован. – Кажется, наконец пришла весна.

– Да, просто замечательное, мама, – кивнула Сорча, которой не терпелось уйти. – Мама, можно мне пойти к Морин? Я обещала помочь ей с математикой. К обеду вернусь.

Мэри заметила в толпе свою подругу и помахала ей.

– Да, но чтобы к часу вернулась. Ты же знаешь, папа не любит, когда опаздывают.

– Хорошо, мама.

Сорча проследила, как мать пробирается сквозь толпу к подруге. Потом взяла велосипед, оставленный у церкви, и, выйдя за ворота, направилась к дому Морин. Скрывшись из поля зрения толпы у церкви, она свернула за угол и быстро покатила по тропе, ведущей к морю.

Пятнадцать минут спустя, проехав две с половиной мили до берега, она спрятала велосипед в ложбине и села на песчаную дюну, чтобы перевести дыхание и пригладить растрепавшиеся волосы. Через несколько секунд она услышала звуки гитары и знакомый голос Кона. Он приближался к ней. Сорча вскочила и огляделась.

– Кон, Кон, я здесь! – позвала она, перекрикивая прибой, и радостно побежала по дюнам, подметая подолом песок. – Кон! Где ты? – заволновалась она. – Кон! Я…

Сзади послышалось веселое рычание. Сорча не успела оглянуться, как оказалась в объятиях Кона. Они упали на песок и покатились, пока не остановились передохнуть в ложбине.

Сорча видела над собой огромные голубые глаза с длинными изогнутыми ресницами, которым позавидовала бы любая девушка. Даже после долгой зимы его кожа хранила морской загар, а густые темные волосы волнами падали на плечи. Сорча знала, что будет любить его всю оставшуюся жизнь, чего бы это ни стоило.

– Привет, Сорча-спорча. Ты по мне скучала? – Он улыбнулся ей и подмигнул, как умел только он. – Мне тебя так не хватало.

У нее перехватило горло, и она только кивнула и коснулась его щеки.

– Да, Кон. Да.

Его губы крепко прижались к ее, а рука медленно поползла вверх по бедру. На несколько секунд она расслабилась от удовольствия, но разум взял верх.

– Кон, ты мне обещал!