Там, где равнина заканчивалась и начинались холмы, в окружении прекрасных оливковых рощ, откуда открывались непревзойденные виды, стоял Тибур. Здесь впадающей реке Анио приходилось делать три поворота через узкое ущелье, образуя великолепные каскады. Возвышенность резко обрывалась уступом, и река просто падала с обрыва, падая с высоты в двести ярдов.

Это захватывающее дух место, посвященное Сивилле Альбунии, было отмечено не только изящным храмом Сивиллы на вершине скалы, но и храмами Геркулеса Виктора и

Веста также была излюбленным сюжетом для художников по всей Италии, которые писали пейзажи в медальонах, украшавших стены модных столовых. Здесь государственные деятели возводили роскошные загородные дома, вдохновляя ещё более вторичные виды искусства.

Поэты бродили здесь, словно интеллектуальные бродяги. Меценат, финансист Цезаря и влиятельный советник Августа, имел здесь свой роскошный уголок.

Приехал сам Август. Вар, легендарный бездарный полководец, потерявший целых три легиона в Германии, владел поместьем и даже назвал в его честь дорогу. Повсюду царило богатство и, как и следовало ожидать, снобизм. Центр города был аккуратным, чистым и украшен удачно расположенными папоротниками. Жители казались дружелюбными. Обычно так бывает в городах, где главное занятие — взимать с приезжих плату.

Мы знали, что Боланус находится высоко в горах, поэтому отправили гонца с известием о нашем прибытии. Тем временем мы с Юлием Фронтином разделили обязанности по проверке недвижимости. Он взял на себя жуткие особняки с частными ипподромами и вооружённой охраной, которые должны были быть непроницаемы для посторонних.

Мост открыл ворота консульскому чиновнику с шестью ликторами. (Конечно, он привёл ликторов. Они заслужили отпуск. Он был очень внимателен.) Я забрал остальные дома, которых оказалось меньше, чем я опасался. Тибур был излюбленным местом миллионеров. Настолько элитным, что он был хуже Неаполитанского залива в разгар лета.

Елена Юстина решила, что будет координировать наши усилия. Седина помогала присматривать за Юлией, когда та укладывала Петрония спать. Это освобождало Елену для организации Фронтина и меня, за что она с радостью взялась.

Она нарисовала карту всего района, отметив, кто где живёт и стоит ли их включать в список подозреваемых. По разным причинам список получился короче, чем мог бы быть.

«Поскольку убийца, грабивший акведук, по всей видимости, давно занимается своим жутким ремеслом, мы можем не учитывать тех, кто недавно приобрел недвижимость», — напомнила нам Елена. «Поскольку он убивает так часто, мы, вероятно, можем проигнорировать все большие виллы, которые заняты лишь изредка. Их владельцы приезжают сюда недостаточно часто. Мы ищем нечто крайне конкретное: семью, которая использует Тибур не только как место отдыха, где они могут — или не могут — останавливаться в определённое время года, и откуда они могут — или так же легко не могут — вернуться в Рим на крупные праздники. Вы ищете людей, которые регулярно посещают все Игры и делают это усердно на протяжении десятилетий».

Если у них есть дом с выходом к реке, тем лучше».

Получить эту информацию обычно не составляло труда. Если Фронтинус заставал дома владельцев недвижимости, он прямо расспрашивал их об их привычках и передвижениях. Люди охотно отвечали. Содействие официальному трибуналу – это общественное дело.

пошлина – со штрафами за невыполнение. Мой подход был более тонким, но сработал так же хорошо: я приглашал людей посплетничать о соседях. Я нашёл много материала.

«Вы оба многому научились», — сказала Елена, усаживая нас за стол переговоров после тяжёлого рабочего дня. Фронтинуса привезли на ферму; он ничуть не стеснялся посещать несколько хижин в зарослях крапивы. Елена ворчала на него так же, как и на меня: «Проблема в том, что твоя работа не выявила много вероятных подозреваемых».

«Мы ошибаемся?» — кротко спросил Фронтин.

«Не позволяй ей издеваться над тобой», — ухмыльнулся я.

Она выглядела расстроенной. «Я слишком властная, Маркус?»

«Ты остаешься собой, дорогая».

«Я не хочу вести себя нескромно».

«Чушь собачья, Елена! Видишь, мы с консулом слушаем, как пушистые ягнята. Скажи нам счёт».

«Ну, смотрите, вот типичный пример: Юлий Фронтин беседовал с семьёй Лукуллов. У них большой дом рядом с водопадом, с великолепным видом на храм Сивиллы…»

«Они сейчас находятся здесь и с готовностью признают, что все вместе ездили в Рим на несколько дней во время последних Игр», — сообщил Фронтин, все еще слегка нервничая из-за энтузиазма Елены.