В этот вечер она принесла свежую выпечку и копчёное мясо. Запах ударил в нос, и у меня разболелась голова — с каждым днём становилось всё тяжелее. Магия сына изводила меня, билась в груди, растекалась по венам. Будила иногда среди ночи, стягивая грудь словно стальным обручем.

— Что я узнала сегодня на рынке! — пролепетала Аля, плюхнувшись на стул и подперев голову рукой. — Эх, — мечтательно вдохнула она. — Слышала, что у нашего нового короля наследник скоро появится. Радость-то какая! А вдруг всё и изменится,а? И королева ведь у него другая, не то что бывшая жена Талиана. И предала его, и наследника подарить не сумела, кто…

— А ну, замолчи! — рявкнула Тильда так, что стаканы на полке звякнули.

Аля подобралась, выпрямилась и испуганно глянула на Тильду. Та в нить сжала губы, щёки окрасил румянец, а тело затрясло.

— Что ты об этом знаешь, если языком мелешь?

— Ну ведь все говорят, что она недостойная…

— А ты много знаешь о женском достоинстве? Если ни замужем не была, ни детей не рожала, так и трепаться о том не стоит, — строго выговорила Тильда. Аля опустила глаза.

— Что это происходит? — всхлипнула Тильда. Обида её горькая повисла в воздухе. — Женщина женщине домом должна быть и поддержкой. А вы что? Осуждаете? Что мы вообще о ней знаем о Талиане той?

— Ну что же ты так разгорячилась, будто это тебя касается. — пробубнила Аля

— Касается. И меня, и тебя, Аля. Где же женщине тогда поддержку искать, коли все вокруг осуждают. — Тильда замолчала на мгновение — Меня тоже никто не поддерживал. В противостоянии этом всего лишилась в одночасье. Драконица моя погибла. Родители, дом — всё сгорело, и всё состояние. А я… — замолчала, стиснула кулаки так, что костяшки побелели. В тишине воздух рвали её резкие вдохи. Она боролась с волной эмоций. — Выжила я. А когда выяснилось, что во мне зверя нет, жених мой прямо перед ликом Создателя Вэйрана бросил меня, обозвав недостойной. Я стала лекарем и ушла в самый центр противостояния. А у судьбы, Аля, скверное чувство юмора. Пять лет спустя мой жених выл зверем, плакал передо мной и молил облегчить его страдания. Потому что только я могла снять его боль от ранений.

— И ты отомстила? — прошептала растерянная Аля.

— Нет, — твёрдо ответила Тильда. — Спасла. Потому что достоинство женщины не от внутреннего зверя зависит и тем более не от наследства и земель. — Она приложила руку к груди. Её колотило, а пальцы подрагивали. — Достоинство — это своим целям и принципам не изменять ради низменной мести, которая мне удовлетворения не принесёт. Я его излечила. А вот когда он пришёл просить меня стать его женой — прогнала. Теперь он оказался недостоин меня. Потому как, Аля, запомни, — она постучала себя по лбу с такой силой, что белые пятна на коже остались, — предавший раз и во второй раз предаст. Но если первый раз это было уроком твоим, во второй раз станет выбором и ответственностью.

В комнате повисла тишина. Каждый из нас погрузился в свои мысли. Тильда поднялась, стала суетиться у плиты, но я понимала, что за этими действиями она прячет эмоции, заземляется, хватаясь за кастрюли и ковшики. Аля сидела неподвижно, уставившись прямо, и я видела, как по её щеке скатилась слеза.

К пятому месяцу меня словно совсем не осталось.

Тошнота не отступала. Тело горело и колотило. Приступы накрывали раз в неделю. Спасала только холодная вода. Сын в такие моменты бился во мне. На рынок я выбиралась редко. А в тот день мне стало плохо прямо там. Опустилась на колени, упёрлась руками в мокрую после недавнего дождя землю и тяжело задышала. Сила моего сына горящей волной потекла по венам и впервые проявилась — руки рассекли оранжевые замысловатые линии. Я словно горела изнутри. Мысленно уговаривала сына остановиться, затихнуть, потерпеть. Вспомнила, как Рэйлан был рядом в мою первую беременность — часто укладывал голову мне на колени, не отходил в последние месяцы. Не придавала тогда значения, а выходит — помогал. А сейчас рядом никого не было, и страх бежал по позвоночнику колючей волной. Впервые меня одолела мысль: а если не справлюсь?

— Всё хорошо? — наклонилась ко мне Мира. Не смогла ответить. У меня в глазах ещё стояли тёмные пятна после приступа. Возле меня оказались несколько драконов. Аккуратно подняли, не поняла, как усадили. Засуетились так, что стало неловко. В руках возник стакан с прохладной водой и кусочек яблока.

— Если так продолжится, она сломается, — послышался голос одной из торговок. — Чувствуешь, какая мощь в нём. Помощь нужно, иначе потеряем мы и её, и благодать. — продолжала. — И артефактов наполненных магией у нас как назло не осталось. Пожадничал новый король. — Наклонилась ко мне. — Как ты? Открой глаза, посмотри на меня.

— Может, тогда у него помощи попросить? — послышалось со стороны

У Рэйлана? Нет.