Фабрикатор, должно быть, почувствовал потрясение Родаана. Он ухмыльнулся, глядя на распростёртого Раптора, и поднял правую руку, чтобы тот ясно видел, как она меняется по воле Ориакса. Металл пузырился из пор его кожи, расширяясь, пока не поглотил всю кисть. Серебристый металл продолжал сочиться, утолщая руку, пока она не стала массивной дубиной. Но трансформация ещё не завершилась: дубина удлинилась и сплющилась, расширяясь, пока не приняла форму молота.

— Нельзя заглянуть в бездну и остаться неизменным, — произнёс Ориакс. — Частичка её возвращается с тобой, меняет тебя. — Статический треск его смеха эхом разнёсся по святилищу. — Возможно, пока я изучал Демоникулум, он в свою очередь изучал меня.

— Ты заражён, — выплюнул Родаан, обращаясь к Фабрикатору.

Ухмылка сменилась хмурым взглядом.

— Я усовершенствован, стал больше, чем был. Больше, чем то, что Валлакс вытащил из кристальных болот Тарсиса. — Ориакс взглянул на гигантский молот на конце своей руки. — Андрааз был весьма любезен. Он привозил мне сувениры с каждой кампании Третьей Великой Роты. — Он двинулся к Родаану, поднимая молот. Энергия затрещала вокруг оружия, посылая дуги электричества по святилищу. — Это ты должен помнить. Прежде чем вирус присвоил его, это был громовой молот. Он принадлежал Серебряным Черепам, которых ты помог уничтожить на планете Каркус.

Родаан ждал, пока Фабрикатор не оказался в нескольких шагах, пока Ориакс не занёс молот для удара. В этот момент он пришёл в движение, выстрелив в Ориакса из плазменного пистолета и используя реактивные двигатели прыжкового ранца, чтобы вырваться из груды рухнувших механизмов.

Пылающий шар плазмы прожёг руку Ориакса, оторвав пальцы, которые с грохотом посыпались на пол. Громовой молот обрушился вниз, раздробив механизмы, но не задел Раптора, который уже отлетел в сторону. Всё прошло почти так, как рассчитывал Родаан. Но мехадендриты привели его к катастрофе. Искусственные конечности, как и всё снаряжение Ориакса, были заражены вирусом Облитератора. Как его броня, как громовой молот, они стали частью порчи технодесантника.

Подобно джунглевой змее, мехадендриты метнулись к Родаану, когда он вырвался из обломков. Спирали из пластали и титана обвили космодесантника, сначала швырнув его в потолок, затем впечатав в пол. Короткий импульс реактивного ранца не смог противостоять гибкой силе щупалец. Оглушённый ударом о потолок, с руками, прижатыми к бокам, Родаан мог лишь беспомощно смотреть, как мехадендриты тащат его обратно к хозяину.

Молот Ориакса снова менялся, становясь тонким и узким. Другая рука пузырилась и дымилась, техно-органическая субстанция его тела корчилась от укуса раскалённой плазмы.

— Ты лишь оттягиваешь неизбежное, — упрекнул Ориакс своего пленника. — Кастеллакс обречён. Орки уничтожат всё. — Он повернул голову, глядя на Демоникулум, капли масла стекали из его линз, словно чёрные слёзы восторга. — Никто не узнает тайн Демоникулума. Они погибнут здесь, вместе с нами!

Родаан с трудом дышал, пока спирали сжимались.

— Орки уже в Бастионе, Ориакс. Хочешь, чтобы ксеносы забрали твою игрушку?

Спирали сжались сильнее, когда Ориакс прошипел своё презрение.

— Было бы разочарованием, если бы орки не пришли. Я приложил немало усилий, чтобы заманить их сюда. Сначала дальние разведывательные зонды установили контакт, дали им приманку, чтобы привлечь. С орками нужно быть осторожным: дай им информацию слишком открыто — не поверят. Заставь слишком долго добывать — заскучают и убьют пленников. Потребовалось большое терпение, чтобы научить Плоть выдерживать ровно столько мучений, сколько нужно.

Родаан недоверчиво уставился на Фабрикатора.

— Ты заманил орков сюда? Всё это вторжение — твоих рук дело?

Его кулаки сжались по бокам, тело билось в тщетной попытке разорвать путы.

— Почему? — потребовал он.

— Я уже сказал тебе, — ответил Ориакс. — Кузнец Войны собирался отобрать у меня Демоникулум, позволить другим осквернить его. Я не мог этого допустить. Лучше пусть Кастеллакс сгорит, пусть Третья Великая Рота исчезнет, чем позволить недостойным разделить мои знания. — Ориакс склонил голову набок, его линзы сверкали, наблюдая, как Родаана сдавливают в его хватке. Рука, что была молотом, ожила, из её трубчатого конца вспыхнул шёпот света.

— Монофиламентная проволока, — пояснил Ориакс. — Маленький подарок от умирающей расы эльдар. Через мгновение я пропущу эту проволоку через правую линзу твоего шлема. Затем я превращу тебя в пюре прямо внутри брони. — Ледяная ухмылка вернулась на лицо Фабрикатора. — Просто подумал, что тебе стоит это знать.

— Нет! — Слово прогремело по святилищу, отдаваясь от разбитых механизмов. Ориакс обернулся, его брови нахмурились, когда линзы сфокусировались на громадной твари, медленно шагающей по полу Демоникулума.