За несколько ударов сердца демон превратился в лужу жирной гнили, из которой торчали куски керамита. Это было жалкое наследие для боевого брата, так хорошо погибшего. Растворение не оставило даже того, что можно похоронить.

Узраал прошёл через камеру и встал рядом с Родааном у жирной массы. Он посмотрел на грязь, затем поднял взгляд на капитана.

— Каков ваш приказ, Мрачный Лорд? — спросил Узраал.

Родаан уставился на Раптора, гадая, не свела ли его с ума битва. Так обращались только к Кузнецу Войны. Но, глядя на Узраала, Родаан понял. Если план Ориакса сработал, Андрааз мёртв. Моракс тоже мёртв. Как и Гамгин с Ностразом. Алгол пропал и слишком неуравновешен, чтобы кого-то вести. Это делало Родаана последним из капитанов Третьей Великой Роты. Как Обер-капитан, Валлакс был вне линии преемства, предназначенный быть вторым после Кузнеца Войны, а не его наследником. Даже если он выжил, Валлакс не мог стать Кузнецом Войны.

Узраал был прав, понял Родаан. Не считая орков, он теперь Повелитель Кастеллакса, командир Третьей Великой Роты. Или того, что от неё осталось.

— Отступаем к ангару, — приказал Родаан. — Встретимся с другими выжившими в Узилище.

Родаан бросил последний презрительный взгляд на разрушенный Демоникулум. Они многое потеряли из-за этого демонического творения и его безумного создателя, но Третья Великая Рота выстоит. Они восстанут из пепла сильнее, чем прежде. Под его руководством они оправятся и вернутся, чтобы продолжить Долгую Войну.

Отвернувшись от Демоникулума, Родаан зашагал к внутренним проходам святилища, Узраал следовал за ним.

— Используем технические туннели, чтобы вернуться на верхние уровни. Я хочу убраться отсюда, пока весь Бастион не заполонили орки.

Прошло несколько часов, прежде чем Капетан Гримрук и его коммандос добрались до обломков святилища Ориакса. Одинокий Железный Воин в приёмной зоне оказал впечатляющее сопротивление, настолько впечатляющее, что Гримрук взял голову мёртвого космодесантника как подарок для варбосса Биглага.

Орки начали расходиться по святилищу, срывая всё, что выглядело переносным, и разбивая то, что не поддавалось. Гримрук почти не обращал на них внимания, рыская среди обломков, пинками переворачивая отключённых сервиторов и дронов из плоти. Лишь когда Капетан приблизился к самому Демоникулуму, он проявил интерес.

От камеры исходила странная энергия, ощущение силы и опасности. Гримрук снял фуражку и почесал кожистый лоб. Будучи вхожим в ближний круг Биглага, Гримрук знал, что варбосс ищет на Кастеллаксе нечто особенное, оружие, которое сделает Вааагх! Биглага могущественнее Вааагх! Шестерёнозуба. Проблема была в том, что никто из орков точно не знал, что искать. Они захватили огромные склады оружия и боеприпасов, даже заставили пленных людей производить ещё. Флот расширился за счёт захваченных кораблей. Несмотря на миллионы мёртвых орков, Вааагх! Биглага уже был сильнее, чем до атаки на Кастеллакс.

Но Биглаг настаивал, что на планете спрятано что-то особенное, секретное. Отступая от излучения Демоникулума, Гримрук гадал, не это ли оружие искал варбосс. Он прикажет мекбоям спуститься сюда и взглянуть.

Гримрук посмотрел на святилище, наблюдая, как коммандос раздирают его на части. Он снова взглянул на Демоникулум, чувствуя, как зло устройства сочится по его кожистой коже. Орк гневно зарычал. Ему не нравилось ощущение страха, вызываемое этим устройством. Что Гримруку не нравилось, он уничтожал. Биглаг затерпит.

Выкрикивая приказы, стреляя в механизмы, чтобы показать пример коммандос, Гримрук начал разрушение Демоникулума Ориакса.

Эпилог

День I плюс сто пятьдесят семь

Кузнец Войны Родаан внимательно изучал голографический дисплей, проецируемый над обсидиановым столом. Несколько спутников Железных Воинов в глубоком космосе избежали внимания орков, будучи слишком малыми, чтобы привлечь их, пока те гонялись за целыми кораблями по системе. Большая часть флота адмирала Ностраза была захвачена ксеносами, перевооружена и отремонтирована на верфях самих Железных Воинов. Это стало последним унижением для владык Кастеллакса, но Родаан был полон решимости заставить других разделить его боль.

Значительная часть орочьего флота уже исчезла, хотя, подозревал он, чужаки не планировали этого. Через несколько месяцев после падения Вораго орки поспешно собрали свой флот на полпути между Кастеллаксом и его солнцем. Это был типичный орочий манёвр — импульсивный и совершенно неподготовленный. Даже самый младший капитан флота содрогнулся бы от дикой, беспорядочной акции и десятков столкновений, вызванных ею.

Однако авангард орочьего флота был слишком нетерпелив, чтобы ждать корабли, слишком медленные или повреждённые, чтобы присоединиться. Под настойчивым давлением самого Биглага, без сомнения, орочьи корабли ринулись вперёд, продолжая свою странную операцию.