Румекс, вероятно, был глуп ещё до того, как сражение разрушило его мозг. Он был высоким, лёгким на ногу, с идеально вылепленным телом, устрашающими чертами лица и головой, твёрдой, как столб. В разговоре он, вероятно, смог бы связать лишь пару слов, если бы это был вопрос типа: «Кто мой?»

«Исчезни» или «Убей его». Это был предел, не более того. Он вошёл в комнату своего хозяина, словно боясь споткнуться о мебель, но всё ещё обладал ловкостью, которая, должно быть, заставляла его противников завидовать. Он был очень молод и силён, а также производил впечатление бесстрашного.

По краю туники она носила довольно нелепую ленту, а на шее у нее было золотое ожерелье, которое, должно быть, стоило ей целое состояние, хотя его дизайн

Это было ужасно вульгарно. Ювелиры из Септы Юлии делали их специально для мужчин такого типа. Золотые звенья крепились к квадратной табличке с его именем. Должно быть, это помогало ему, когда он забывал своё имя.

– Приветствую, Румекс. Для меня большая честь познакомиться с вами. Меня зовут Фалько, и я хотел бы задать вам несколько вопросов.

- Мне кажется, это нормально.

Он посмотрел на меня с таким честным видом, что я сразу понял: его подставили. Более того, он с готовностью согласился сотрудничать. Большинство невинных людей растерялись, когда их заметили, но здесь это было не нужно. Румекс знал, что происходит. И он также знал ответы: и те, которые искал я, и те, которые ему велели сказать.

– Я расследую подозрительную смерть Леонида, льва-людоеда. Вам что-нибудь об этом известно?

–Нет, сэр.

– Его вывели из казармы, пронзили копьем и таинственным образом вернули на место.

«Нет, сэр», — повторил он, хотя моя последняя реплика была утверждением, а не вопросом. Если бы Румекс так медленно отреагировал в цирке, он бы не прошёл дальше первого боя.

– Мне сказали, что это ты убил Леонида. Это правда?

–Нет, сэр.

–Вы когда-нибудь видели его раньше?

–Нет, сэр.

–Вы помните, где вы были и что делали позавчера вечером?

Румекс хотел ответить привычным тоном, но понял, что это вызовет у него подозрения. Он попытался обратиться к тренеру за советом, но ему удалось удержать взгляд, прикованный ко мне, с той самой «искренностью».

«Я могу ответить на это, Фалько», — вмешался Сатурнино. Румекс благодарно скривился. «Румекс был со мной всю ночь». Мне показалось, что это удивило его человека; так что, возможно, это было правдой.

Я взял его на банкет в дом бывшего претора.

Если он сказал это с намерением произвести на меня впечатление своим званием, то ему это не удалось.

«Ты этим хвастался?» — спросил я, подразумевая, что Сатурнино слишком чувствителен, чтобы сказать это вслух.

Мой собеседник с улыбкой признал, что мы оба — люди мирские.

–Все всегда рады встрече с Rúmex.

Я повернулся к нему, которого, должно быть, сочли защищенным от дальнейших вопросов:

– А вы предложили старому претору частную демонстрацию своих сказочных способностей?

Я просто говорил, чтобы поговорить, но на этот раз Румекс выглядел испуганным. Его тренер тут же вмешался:

–Несколько борцовских приемов и финтов с учебным мечом всегда смотрятся хорошо.

Я попеременно смотрел на них. Было ясно, что я задел кого-то за живое, и я принял последствия. Неужели Леонида убили в доме верховного судьи?

Присутствовал ли Сатурнино при этом событии?

– Извините, Сатурнино, но я вынужден настоять, чтобы вы назвали мне имя хозяина того вечера.

«Конечно, Фалько. Но я хотел бы предупредить человека, прежде чем называть его имя незнакомцу. Просто из вежливости».

Это было очень логично.

–И я должен настоять на том, чтобы вы ему ничего не говорили.

«Наверняка не будет никаких возражений, учитывая, что это человек его ранга...»

Сатурнино уже совершал один из своих маленьких походов к двери, чтобы пробормотать какие-то приказы в коридор.

Я позволил ему поступить по-своему. Я не был уверен, что смогу справиться с официальной жалобой претора на домогательства. Веспасиан встал бы на его сторону, даже если бы у меня были улики против него… а у меня их не было. По крайней мере, пока. Его ранг не имел для меня значения, но сначала мне нужно было убедиться.

Это было интересное развитие. В одну минуту я проверял запутанные бухгалтерские книги бедняков, а в следующую – зацикливался на страницах светской хроники какого-нибудь шишки, который был всего лишь…

На одну ступень ниже консула. И что было самым удивительным, я был уверен, что этот человек уже знал о моём интересе к нему.

–Кто еще присутствовал на ужине с этой загадочной видной фигурой?

– небрежно спросил я.

Ланиста ответил тем же тоном:

–А, это была очень неформальная встреча.

–С друзьями?

Я заметил, что он не хотел мне ничего говорить, хотя у него хватило ума отказаться от своего отказа, если бы он увидел, что нет иного выхода.