Глава 1.Задача жениха — появиться на церемонии и правильно назвать имя

Королевство Раггерран. Генерал эр Драгхар

— Что значит «я не могу вас поженить»?!

Мой голос звучит спокойно, но жрец Храма Неба бледнеет, по бритому виску ползет струйка пота. Храмовник быстро ее смахивает, повторяет дрожащим голосом:

— Не могу, генерал! Вы… вы уже женаты.

— Жрец, ты с утра пораньше надышался белым туманом?! — спрашиваю еще спокойнее.

Рядом громко ахает Анастея. Испуганно шепчет:

— Милый, я не понимаю, что происходит?

— Да, генерал, объясните нам, о чем говорит жрец?! — фальцетом взвизгивает брат моей невесты, Людир Псани. — Вы решили позабавиться, сделав предложение моей сестре, будучи уже женатым?

— Какая наглость, генерал! От вас мы такого не ожидали! — поддакивает мать Анастеи. — Я пожалуюсь Его Величеству!

Смерив парочку хмурым взглядом, снова поворачиваюсь к жрецу:

— Я жду объяснений. Два дня назад я был здесь вместе с невестой, и алтарный камень подтвердил возможность брака. Старик, ты забыл, что лично поставил отметку храма на брачном разрешении?

Жрец нервно дергает шеей.

— Д-да, генерал, два дня назад… я лично поставил. Но сейчас на камне высветилось имя вашей… вашей супруги. Вы уже женаты, генерал эр Драгхар, — повторяет упрямо.

Анастея громко стонет, прижимает руку ко лбу и начинает падать. К ней подскакивают мать и брат. С двух сторон подхватывают девушку под руки. Торопливо волокут в сторону каменной скамьи, высеченной в храмовой стене.

— Что?! Какое еще имя?! — рычу я, потеряв всякое терпение: что за фуллов бред несет этот старик?!

— Генерал, п-посмотрите сами, — лепечет жрец и отступает в сторону, открывая мерцающую на камне алую надпись.

Из-за моего плеча высовывает свой длинный нос Седрик и нараспев читает:

— Аделаида эр Счастхар. Жена по клятве. Развод невозможен.

Глава 1.2

Седрик довольно хмыкает и дурашливым голосом тянет:

– Ой, какая прелесть! Ты уже женат, мой дракончик! Королю придется умыться и отдать свою незаконнорожденную дочку другому славному парню. Ха-ха-ха!

— Заткнись, — произношу предупреждающим тоном. –  Мне не до шуток.

Быстро прокручиваю в голове – эр Счастхар. Люстин эр Счастхар, которому много лет назад я задолжал жизнь.

Правда, в то время я не считал это долгом. Тогда он был моим другом, и я, не задумываясь, сделал бы для Люстина то же самое, что он для меня.

Врагами мы стали много позже.

Кто она ему, эта женщина, которую он вдруг решил сделать моей женой? Не помню, чтобы у него были сестры или дочери. Если только…

Поворачиваюсь к жрецу.

— Как мне развестись с этой… — бросаю взгляд на камень, — Аделаидой? И не говори, что это невозможно.

— Но… генерал… Вы не можете… это брак по кровной клятве, он нерасторжим! — храмовник бледнеет еще больше.

— Я знаю. Но будет лучше для всех, если ты что-нибудь придумаешь, жрец…

Через час, отправив заплаканную Анастею и ее разгневанных родственников домой, выхожу из храма. На миг зажмуриваюсь, ослепленный заливающим площадь солнцем. Подставляю ему лицо, позволяя смыть с кожи налипшую храмовую стылость.

— Эх, как же хорошо на свежем воздухе, да под солнышком! — вторит моим чувствам Седрик. Оглядывается на храм. — У меня в таких мрачных зданиях всегда начинается нервная почесуха и хочется в туалет.

— И поэтому ты начинаешь болтать, как заведенный?

— Вовсе нет. Исключительно от раздирающих меня противоречивых чувств.

Кидаю на него ироничный взгляд:

— Это каких?

Седрик крутит туда-сюда головой и задумчиво отвечает:

— Во-первых, это радость, что ты остался на свободе, мой генерал. Авось пока ищешь эту Аделаиду, наш славный король найдет своей дочке другого мужа.

— Не найдет, успокойся.

— Погоди, я еще не все рассказал тебе о своих переживаниях. — Седрик поднимает костлявый указательный палец и многозначительно качает им.

— В общем, радуясь, что ты остался свободен и доступен для прелестей холостяцкой жизни, я волнуюсь за твою дальнейшую судьбу. А ну, как наш добрый король решит, что ты оскорбил его? Женился втихаря на какой-то там Аделаиде, а его незаконнорожденную дочку от бывшей актрисы пустил побоку, э? Обидится и снова отправит тебя на границу с Прорвой, где ты сможешь от души крошить нечисть, проявляя свой отвратительный нрав в полную силу, — Седрик морщится и с досадой сплевывает.

— И что? Ты думаешь, меня испугает нечисть? — неспешно иду по залитому солнцем двору к коновязи, где привязаны наши лошади.

Седрик тащится за мной, носками сапог загребая пыль и продолжая болтать: