— Нет. — Огненный Волк снова укусил меня за шею, затем начал осыпать мягкими поцелуями мою ключицу, в то время как его бёдра выписывали дразнящие круги у моего лона.

Очередная вспышка желания вспыхнула во мне, тело реагировало, предавая меня.

— Ты будешь умолять меня к тому времени, как я закончу с тобой, — прошептал он мне на ухо. Ещё одно движение, бедра надавили на моё лоно, и мое тело выгнулось от похоти. — Но я не дам тебе кончить, пока ты не скажешь. Что ты со мной сделала?

Его рука теперь разминала мышцы моей спины, опускаясь всё ниже, пока его пальцы не нырнули под трусики и не коснулись моего лона. Он исследовал и ласкал мой клитор через ткань, выписывая сводящие с ума круги.

Внутри меня начал нарастать оргазм. Как? Как я могла так легко стать его пешкой? Моё тело больше не принадлежало мне. Оно принадлежало ему. Я была его оркестром, а он — дирижёром, управляющим своей симфонией.

— Я не могу тебе сказать, — выдохнула я.

— Можешь. — Его язык легонько коснулся моего уха, а потом плавно скользнул вниз. Раздался звук разрываемой ткани, и затем его шелковистые волосы коснулись моего обнажённого живота. Подождите, обнажённого живота? Когда это случилось? И, что ещё хуже, мои трусики исчезли. Прохладный воздух коснулся моего влажного лона. Когда он их снял? На мне была только футболка, задравшаяся выше груди. Я была буквально обнажена.

Затем лицо охотника оказалось между моих ног, его глаза пылали жаром и огнём, прежде чем его язык скользнул, и…

— Боги! — Я выгнулась на кровати, когда из груди охотника раздался низкий собственнический рык.

— Скажи мне, моя сладкая. — Он снова принялся ласкать меня языком, медленно и лениво, но постепенно движения становились все быстрее и грубее, пока я не запустила пальцы в его волосы и он не начал вылизывать меня с особой страстью. — Скажи мне. — Волна силы альфы проникла в его слова, его волк светился в глазах, и эта властность пробирала до костей. — Чёрт, я могу привыкнуть к твоему вкусу, — добавил он, словно сам отвлекался, а затем начал ласкать меня с новой силой. — Тала, — снова приказал он, используя ещё больше силы альфы. — Скажи мне.

Мои губы приоткрылись, и слова полились из меня сами собой, я не могла сопротивляться его соблазнению и силе альфы.

— Во мне есть эта сила. Она всегда там, ждёт и таится, буквально на кончиках пальцев, если я решу её использовать.

Давление его языка усилилось, низкий рык удовольствия вибрировал в его горле, заставляя меня выгибаться на кровати.

— Ведьмина сила?

Я снова выгнулась и сумела выдохнуть:

— Ты когда-нибудь слышал о ведьме, которая может усилить магию другого сверхъестественного существа в тысячу раз?

— Нет. — Он застонал. — Боги, твоя киска. — Он лизнул меня, похоже, снова отвлекаясь, затем хрипло спросил: — Как ты думаешь, что это за сила?

— Понятия не имею, — выдохнула я.

Он погрузил в меня палец, удовлетворённо урча, когда мои влажные складки легко раскрылись.

Я попыталась подавить стон и волну унижения от того, как легко он подчинял моё тело, но я принадлежала ему, и он это знал. Под его альфа-командами и темным обольщением я была податлива, как пластилин, и готова на все.

— Так вот что ты сделала? — Ещё одно движение языка, когда его пальцы начали погружаться в меня. — Ты взяла эту необъяснимую силу внутри себя, усиливающую чужую магию, и использовала её, чтобы усилить мою магию и я мог сломать те наручники?

— Да! — Мои пальцы вцепились в простыни. Я была так близка к разрядке. Так близко.

— Хм. — Он прорычал, затем снова коснулся меня, его пальцы терли то приятное местечко глубоко внутри меня. — Как долго у тебя есть эта сила?

Я выгнула спину, когда он снова лизнул меня, золото в его глазах засияло ярче.

— Всегда. Сколько себя помню.

Мои плечи напряглись, когда образ лица матери вспыхнул в моей памяти. Её черты были размыты, но я помнила светлые волосы, мягкую улыбку и то, как мне всегда хотелось обнять её за талию. «Никогда, никогда никому не говори». И всё же я только что рассказала Огненному Волку, нарушила это обещание.

Я зажмурилась, пока он снова не вырвал из меня очередной стон. Он ласкал меня с новой силой, лизал, словно больше не мог сдерживаться, его пальцы неустанно двигались. Мои бёдра начали двигаться в такт с ним, хотя я ненавидела, что не могу контролировать свою реакцию на него.

— Кто-то из твоих родителей тоже может это делать?

Я покачала головой, мысли путались. Я пыталась не концентрироваться на его пальцах… Боги, его пальцах.

— Не знаю, но вряд ли.

— Как это — не знаешь?

— Потому что они умерли, когда мы с Тессой были маленькими. — Я снова задышала чаще, когда накатила очередная волна, поднимаясь всё выше.

— Скажи мне. — В его голосе снова появился приказ альфы.

— Я помню только то, что они велели мне никому не рассказывать об этой силе, — выпалила я. — Они взяли с меня обещание.

— И всё же ты рассказала мне. — В его глазах появился торжествующий блеск, его волк ликовал.