Моя близняшка всё так же лежала на простынях, на ее запястьях виднелись синяки. Я поморщилась. Раньше я их не замечала. Нахмурившись, я всмотрелась в её спящую фигуру. Что ещё они с ней сделали, помимо того, что связали?

И только тогда осознала, что мы с Огненным Волком так и не поговорили ни о клубе, ни о Якубе, ни о других сверхъестественных существах, томившихся там в клетках. Мы не обсудили, что произошло после того, как я потеряла сознание, и что он сделал. Мы говорили только о моём секрете, так что я буквально ничего не знала о том, что произошло, только то, что Огненный Волк завладел моим телом и душой.

Меня снова охватили те же чувства унижения и гнева. Он принудил меня рассказать о запретной силе, соблазняя своим искусным языком и умелыми пальцами. И я полностью поддалась, даже не попытавшись призвать свою ведьминскую магию, чтобы защититься от приказа альфы. Как глупо, Тала.

Я прикрыла дверь в комнату Тессы. Я так крепко вцепилась в ручку, что мои пальцы побелели. С трудом разжав их, я прошла на кухню и заварила огромную чашку кофе.

Два часа спустя я всё ещё сидела за кухонным столом, допивая четвёртую чашку, а мысли лихорадочно кружились. Столько всего нужно было обдумать. Потому что тут имелась не только моя новая, странная сила — та, что высасывает чужую магию, при этом едва не убивая меня, — но и множество вещей, которых я не поняла, когда мы с Огненным Волком работали вместе.

Я сделала ещё глоток. Чем больше я размышляла, тем больше у меня возникало вопросов.

Например, кто такая Катарина и как она связана с похищением моей сестры? Теперь, когда у меня было время подумать, я вспомнила, где раньше слышала это имя. Не только Зловещий Фейри упоминал её, но и Огненный Волк спрашивал полудемонов у «Чёрного нутра» о ком-то по имени Катарина, когда они его избивали. Правда, тогда он также спрашивал о ком-то по имени Дамаск, а не Якуб. Так что же это значило? Работали ли Дамаск и Якуб вместе? И почему Огненный Волк расспрашивал о Катарине, а через несколько часов взялся за моё дело? Он намекнул, что закончил работу, связанную с Катариной, но так ли это?

Чем больше я думала, тем больше деталей складывалось воедино. Тот странный телефонный звонок, который я подслушала в логове охотника? Звонок за границу? Он говорил так, будто отчитывался перед кем-то о текущей работе, а не о прошлой. Возможно он докладывал о задании по поиску Катарины?

Все может быть.

Я нахмурилась, допивая кофе, мысли гудели от кофеина. Чем больше я размышляла, тем чаще приходила к одному и тому же выводу.

Огненный Волк искал Катарину в то же время, что и Тессу.

Я вспомнила, что он рассказывал о ворожбе, о том, что точность поиска падает с каждой пройденной секунду после похищения. Но Тессу похитили совсем недавно. Он легко смог на неё выйти.

Так как же он узнал, что Катарина и Тесса будут в одном месте?

И тут ответ поразил меня, словно миллион вольт молнии.

Татуировка в виде созвездия.

У меня отвисла челюсть, когда я вспомнила, как Огненный Волк совершенно проигнорировал меня в баре, пока я не упомянула эту татуировку как раз перед тем, как он исчез в своём портале. А через несколько часов он появился у меня в квартире.

Неужели именно так он понял, что Тессу похитили те же люди? Поэтому он так заинтересовался моим описанием татуировки? Может, у похитителей Катарины было такое же опознавательное клеймо?

Я как раз пришла к этому выводу, когда из своей комнаты вышла Тесса, её светлые волосы безумной копной торчали во все стороны, на ее лице застыл страх.

— Тала!

Отбросив в сторону ошеломляющее открытие об Огненном Волке, я вскочила при виде сестры, и мы встретились посередине комнаты, обнимая друг друга.

— О боги, — рыдала она. — Я думала, что умру там! — Она плакала всё сильнее, слёзы градом катились по её щекам, а я крепко прижимала её к себе.

Я тоже начала плакать, хотя считала, что уже выплакала все слёзы сегодня утром.

— Теперь ты в безопасности. Ты в порядке, я никогда бы тебя не бросила. Как только я почувствовала, что тебя похитили, то сразу начала искать. Я бы не остановилась, пока не нашла тебя.

Она разрыдалась ещё сильнее.

— Я знала, — выговорила она между всхлипами. — Я знала, что ты придёшь за мной. — Она отстранилась, чтобы заглянуть мне в глаза. Её лицо раскраснелось и распухло. Я была уверена, что и моё выглядит так же. — Но как ты меня нашла? Как ты вообще узнала, где искать? И кто тот парень?

У меня скрутило живот.

— Я наняла охотника.

Её глаза расширились.

— Так вот кто он был? Он мало что сказал, когда ворвался в мою камеру после того, как ты потеряла сознание. Но он был так взволнован, постоянно подходил к тебе. Он не сказал мне, что с тобой случилось. Почему ты упала в обморок?

Я судорожно вздохнула.