Я уже хотела ткнуть его в грудь, но вспомнила, что могу лишиться пальца, так что ограничилась тем, что скрестила руки на груди.

— Я тебя наняла, помнишь? Ты иди первым.

Он прижал руку к груди.

— Ты так плохо обо мне думаешь? Я пытался быть джентльменом.

Я тихо фыркнула, заметив искорки в его глазах.

— Ты можешь помогать бездомным детям в Портленде, но у меня такое чувство, что твоя любезность не распространяется на вполне самостоятельных женщин, которые работают с девяти до пяти и платят налоги.

Поднялся лёгкий ветерок, взъерошив его тёмные волосы. Боги, ну до чего же он красив!

— Ты никогда не оставишь эту тему, да?

Я поспешно отвернулась, смотря куда угодно, только не на него. Когда он выглядел вот так, мне хотелось подойти ближе.

— Что тут скажешь? Я почувствовала себя оскорбленной.

Он сверкнул улыбкой, и будь проклят этот человек за то, что выглядит так хорошо. Никому не позволено иметь такую улыбку. Она вызывала желание продать за него почку.

— А если я извинюсь? — невинно спросил он.

— Ты будешь искренен?

— А если да? Будет ли иметь значение, если я попрошу прощения?

Моё сердце заколотилось, как обезумевшая птица, пытающаяся вырваться из клетки. Когда он смотрел на меня своими янтарными глазами, тлеющими, словно адское пламя, готовое в любой момент вспыхнуть, и когда он говорил вот таким…

Ну, мне хватило одного желания продать две почки, что, очевидно, было неразумно. Я была почти уверена, что хотя бы одна мне нужна.

— Не знаю, — сказала я и откашлялась. Чёрт, неужели я действительно хрипела так, будто задыхалась? — Возможно, это помогло бы.

В его огненных глазах загорелся слабый свет, его ноздри раздулись. Я могла лишь догадываться, какой от меня идет запах возбуждения. На его губах снова появилась насмешливая улыбка и он произнёс:

— В основном я сожалею только о том, что так судил о тебе в «Чёрном нутре».

От его полуизвинения я распахнула глаза. Я колебалась между желанием рассмеяться ему в лицо или ударить.

— Что значит «в основном»?

— Потому что в одном я был прав: ты платишь налоги и работаешь с девяти до пяти, но ты далеко не среднестатистическая женщина сверхъестественного происхождения.

По моей спине пробежал холодок.

— С чего ты взял?

— По тому что увидел в Портленде, я понял, что ты можешь за себя постоять. Большинство рядовых сверхъестественных существ этого не умеют. — Он склонил голову набок. — Признаюсь, я удивился. От тебя пахнет слабой ведьмы, так что я знаю, что твоя магия не сильна, а значит, у тебя есть настоящие боевые навыки, как у обычного человека.

Мои плечи расслабились.

— То есть ты хочешь сказать, что я слабая как обычный человек? Более тщеславная сверхъестественная женщина могла бы обидеться на такое замечание.

— Но ты ведь не обиделась, правда?

Я помедлила, стараясь держать спокойное выражение лица. Я была не обижена, а в восторге. Он считал меня слабой ведьмой, а мои навыки приписывал боевым навыкам. Моё маскировочное заклинание, которое я всегда держала активным, чтобы скрывать свою сильную магию, обмануло даже его. Он понятия не имел о той магии, что текла в моих жилах, а значит, не знал о моей запретной силе. Именно поэтому я заплатила деньги, чтобы нанять его. Мы начали искать Тессу быстрее, чем это сделали бы СВС, и мой секрет по-прежнему оставался в безопасности.

Я пожала плечами, стараясь скрыть своё ликование.

— Нет, я не обижена.

Мистер Умник усмехнулся и перешагнул порог лечебницы.

— Раз уж ты настояла, чтобы я шёл первым…

Я последовала за ним и добавила:

— Но раз уж мы говорим откровенно, не хочешь рассказать, почему Миранда назвала тебя Кайленом?

Он остановился и обернулся ко мне.

— Она меня так не называла.

— Нет, называла.

Он пожал плечами.

— В таком случае понятия не имею.

— Это всё, что ты собираешься сказать? «Понятия не имею»?

Он не ответил и продолжил идти.

Я двинулась за ним, намереваясь расспросить дальше, но солнечный свет исчез, как только мы оба шагнули в вестибюль лечебницы. По нервам пробежало предчувствие беды, и мой интерес к имени Кайлен улетучился.

— Это место… — Я содрогнулась.

— Да, я могу сказать то же самое.

Лечебница была Жутью с большой буквы. Длинные коридоры расходились вокруг нас, и двойная лестница изгибалась вверх от вестибюля. Меня пугало не столько само здание или его вид, сколько атмосфера этого места. Оно казалось проклятым, и в самом дурном смысле, а температура… она резко упала, и мне показалось, будто ледяные пауки ползут вверх по позвоночнику.

В моём сознании внезапно возник образ сестры — связанной, с кляпом во рту, запертой в этом жутком месте. Это было достаточным напоминанием о том, зачем мы здесь, чтобы я очнулась от паутины, которую охотник сплетал вокруг меня. Мне не следовало интересоваться им, узнавать, Кайлен его зовут или нет. Главное было найти Тессу.