Дверь в баптистерий распахнулась, и в комнату влетел Захария. Я предположила, что мать просто не смогла удержать свою магию, хотя то, что произошло дальше, заставило меня подумать, что она отпустила ее намеренно.

Она выдохнула с таким звуком, который был похож на недоверчивый смешок, и, пошатнувшись, навалилась на меня. А затем ударила, впиваясь в меня когтями до тех пор, пока ее пальцы не проскользнули под цепочку моего кулона и не сорвали его.

Боль стала абсолютным шоком, парализовав каждую мышцу моего тела, пока она рвала меня на части. Ощущение было таким, словно меня раскололи надвое, расщепили на молекулярном уровне.

Челюсть свело, голова откинулась назад, и я закричала.

Мое тело перестраивалось. Я чувствовала, как сдвигаются кости, разрывая плоть на спине.

Не знаю, сколько это длилось. Даже когда сознание начало проясняться, боль никуда не делась: непредсказуемый ритм, взмывающий до ослепительных высот. Именно во время очередного спада я осознала, что стою на коленях в центре багровой лужи.

Это была моя кровь, и мои руки утопали в ней. Ладони крепко упирались в пол. Где-то под ними лежали семь кинжалов.

Я подняла глаза, понимая, что не одна. Габриэль наблюдал неподалеку со стиснутыми челюстями. Моя мать сидела, прислонившись к стене, у его ног. Ее глаза были закрыты, но она все еще дышала. Я знала это, потому что чувствовала ее сердцебиение. Оно отдавалось эхом в пространстве между нами, а затем внезапно к нему присоединились и другие.

Это перегрузило мои чувства, и мне пришлось закрыть глаза и оттолкнуть это подальше.

Открыв их снова, я обнаружила, что Захария смотрит на меня.

Он следил за мной. Я не могла разобрать, что он обо мне думает, но точно знала, что все не так, как твердила мать. Затем он подошел ко мне и опустился на колени прямо в мою кровь, коснувшись пальцами сначала моего подбородка, а затем щеки.

— Ты просто нечто, любовь моя, — с мрачным восхищением произнес он.

И только тогда я осознала тяжесть, давящую мне на спину.

Я повернула голову и потянулась назад, нащупав то, что ощущалось как влажная кожа, обтягивающая кость.

— Лилит, — сказал Захария. — Тебе необязательно сейчас на это смотреть.

Я проигнорировала его и продолжила тянуть эту странную массу. Было больно, меня затошнило от этой боли, но я не останавливалась, пока не расправила то, что было так плотно прижато ко мне.

И тут я поняла, на что смотрю.

Крылья.

Костлявые, перепончатые крылья.

Я понимала, что вижу, но не могла этого осмыслить.

Крылья. Прикрепленные к моему телу.

Это было невозможно.

Единственными существами с крыльями были ангелы, и они выглядели совершенно иначе.

Я попыталась перехватить покрепче и потянула сильнее, решив, что, приложив достаточно усилий, смогу их оторвать, но пальцы соскользнули.

— Не надо, Лилит, — произнес Захария, перехватывая мои руки. Я встретилась с его непоколебимым взглядом, разрываясь между облегчением и ужасом, когда он прошептал:

— Я держу тебя.

Глаза наполнились слезами. Еще секунда, и я бы рухнула в его объятия, но мне не дали шанса. Громкий грохот не дал нам сблизиться, переключив наше внимание на то, что происходило снаружи храма. Затем земля начала содрогаться, и я услышала, как Кассиус кричит на лестничной клетке.

— Я, блядь, не верю своим глазам, — выпалил он, влетая в комнату. Глаза у него были по полтиннику, он тяжело дышал. — Статуи. Небесные Стражи. Они, блядь, живые! В нашем городе архангелы.

 

 

ЗАХАРИЯ

 

Они назовут ее демоном.

Но я видел, как она переродилась.

И я назову ее богиней.

 

Notes

[

←1

]

Если речь про сакральный текст, то «Book of Splendor» — это перевод на английский названия «Сефер а-Зоар» (Sefer HaZohar, ивр. ספר הזהר), то есть «Книга сияния». Это главный текст каббалы (еврейской мистической традиции), написан на арамейском, обычно датируется XIII веком (авторство традиционно связывают с рабби Шимоном бар Йохаем).

[

←2

]

«Белые воротнички» (white- collar) — умственный труд, офис, чаще формальный дресс-код.

[

←3

]

«Синие воротнички» (blue-collar ) — физический труд: рабочие, строители, механики и т. п.

[

←4

]

Nara-Sin Desert вероятно имелось в виду Нарам-Син (аккад. Narām-Sîn — «любимый [богом] Сином») — это имя месопотамского царя Аккада (ок. 2254–2218 гг. до н. э.), правителя по имени Нарам-Син были и в других городах Месопотамии. К Библии он отношения не имеет — это аккадская, шумерская история. Син здесь — имя лунного бога в месопотамской мифологии, а не библейский топоним.

[

←5

]