- Ты собираешься мне указывать, что лучше для океана, ты, канцелярский клерк? Я родился на воде! - (Хотя, по словам бабушки Гардинер, это даже неправда. У неё начались схватки на лодке, но Митта приняли в больнице, как обычного человека — как унизительно.)

Всякий раз, когда Митт выходил из себя, только Джей был рядом, чтобы выслушивать его, трястись и плакать, а потом терпеть отвращение Митта к детским реакциям Джея. Нет, не один. Не совсем. Чайки, выдры, морские львы, акулы, даже изредка киты составляли аудиторию.

Эти звери никогда не вздрагивали от тирад Митта.

Джей тоже не вздрагнет. Уже нет.

Если здесь будут представители NOAA и Береговой охраны, они, возможно, попытаются помешать ему совершить погружение.

Но если дайвер хитёр, его могут и не заметить с самого начала.

3000 PSI

Джей ехал с наполовину надетым гидрокостюмом. Ему не хватало резинового прилегания неопрена к ногам и промежности. Верхняя часть костюма цвета эбенового дерева спадала на талию, словно снятая кожа. Костюм марки «Хендерсон»: выцветший на солнце, поцарапанный кораллами, с этой капризной молнией. В ужасном состоянии, но так обстоит дело со всем его снаряжением. Ему пришлось вытащить его из ящиков, которые он таскал с собой уже два года. Оно кажется более хрупким, чем он помнил — просто игрушки для дайвинга, а не настоящая штука.

Джей выходит из машины. Первым делом — капюшон. Он натягивает его на голову, уши плотно прижимаются к черепу, а неопреновый нагрудник перекрывает его худощавую грудь. Он просовывает руки в рукава гидрокостюма. Костюм дергает волосы на руках. Он забыл, как это неприятно. Надетый, - Хендерсон» тяжел, как глина — толщиной семь миллиметров, специально для холодных вод залива Монтерей. Если температура воды в это время года достигает пятьдесят восемь, это уже удача. Джей протягивает руку за спину, нащупывает двухфутовый трос застежки-молнии и берет его обеими руками. Джей не верит в Бога, но молится, как будто верит.

Три года назад он сломал головку молнии о поручень лодки во время январского погружения у Восточного пика Пескадеро. Он жестами дал отцу знак всплыть и, оказавшись на поверхности, снял регулятор, чтобы сообщить, что у него оголилась спина. Взгляд Митта был бесстрастным, как лезвие мачете. - Сломанная молния — твоя собственная вина, — сказал Митт и погрузился, а Джей последовал за ним. Это было самое холодное погружение в его жизни: ледяное море обжигало его тело, зубы стучали о пластик загубника, и этот звук усиливался, отражаясь от костей его замерзшего черепа.

Застежка — единственная деталь снаряжения, которую Джей починил сегодня. Вчера в дайвинг-магазине, когда он заправлял баллон, он её не чинил. Он провёл там как можно меньше времени. Все в местных магазинах почитали Митта Гардинера — местную легенду, ходячий энциклопедический справочник морских знаний. Их глаза всегда сияли в надежде на одобрение старого дайвера, в то время как Джей, бесполезный младенец, скучал. Друзья-дайверы знали, что Митт пьёт — чёрт, именно так из него и вытягивали самые лучшие истории — но они не знали, что он алкоголик, периодический уголовник, недовольный жизнью человек, который не мог удержаться на одной работе дольше пары лет и вел себя так, будто это было свидетельством его принципов.

Принципы: отличный повод для того, чтобы вести себя как мудак.

Теперь братья по дайвингу не просто игнорируют Джея. Теперь они его презирают. Как-то эта история просочилась: долгая болезнь Митта, эгоистичный отказ сына облегчить его страдания. Они не знают, каким был настоящий Митт. У них нет ни малейшего представления.

Итак, Джей отнес свой гидрокостюм в магазин «Mel’s Shoes» в Дел-Рей-Оукс и имел дело с Мелом — тысячелетним стариком, который не мог отличить гидрокостюм от плавок «Фармер Джон, - но провел своими морщинистыми пальцами по молнии гидрокостюма, словно языком по зубам. Теперь Джей дергает затяжку, и молния, словно на американских горках, скользит по изгибу его позвоночника, запечатывая его внутри. Он выдыхает.

- «Если Бог есть, Мел, да благословит тебя Бог.

2017

- Когда попадаешь в затруднительное положение, сапожники — твои лучшие друзья. Познакомься со своим местным сапожником, Джей. У этих старых чудаков навыки, как ни у кого другого на свете.

Папа говорит это, втискиваясь в ярко-красный вулканизированный резиновый полный сухой гидрокостюм с лицевым щитком из ПВХ. Выглядит круто, будто он отправляется сражаться с инопланетянами. Но это не так. Они находятся на поле для гольфа «Пеппер-Хиллз, - в двадцати минутах езды от дома, которые кажутся двадцатью миллионами. Бесконечное море подстриженной травы. Клубный дом из дерева цвета голубиного крыла. Нынешняя работа папы? Он входит в команду из трёх человек, ныряющих за мячами для гольфа на дне прудов «Пеппер-Хиллз. - Белое золото, — говорит папа. По двадцать пять центов за мяч? Джей скептичен, но папа говорит, что в сумме получается неплохо.