Я хихикнула и тут же потянулась к телефону, чтобы написать ему письмо, как делаю уже несколько месяцев подряд.

Пока жду ответа, его сексуальный, ученый голос продолжает звучать из динамиков ноутбука.

— Но дело в том, что я снова обжег член, потому что масло брызжет, когда в него попадает влага, — говорит он. — Вода почти сразу превращается в пар, быстро расширяется и выталкивает масло из сковороды.

Он приподнимается на носки и подставляет свое внушительное достоинство под струю холодной воды из крана.

— И прямо на мой член, — заканчивает он низким баритоном.

Черт возьми.

То, что он повернулся к раковине, дает мне идеальную возможность беззастенчиво его разглядывать. Простите, он же клиент. Любоваться. Любоваться им вовсю. Точнее, его задницей. Хотя слово «задница» тут как будто не подходит.

Может, «пышный зад»?

Потому что создатель NakedReactions крупный. Мясистый. Громоздкий? Нет, тоже не то.

Плотный. Очень плотный.

Он большой везде, но не как качок из спортзала. Сильный, это видно, но мышцы у него прикрыты солидным, нет, очень солидным слоем мягкости. Больше медведь, чем лев. Больше уютный папочка, чем профессиональный атлет.

Я вытираю слюну в уголке рта.

Он чертовски горяч, и нам даже не нужно видеть его лицо, чтобы это понять. Камера у него всегда стоит так, что голова вне кадра. Ради приватности, как он объяснил. Но даже если у него лицо выглядит, как оплавленная свеча, он все равно был бы горяч. Его тело, вместе с глубокой осознанностью речи и явным умом, — идеальная формула успеха. Что подтверждают сотни тысяч подписчиков на его платной платформе.

Мы обожаем умного, крупного мужчину, который готовит. Голый. И при этом подробно объясняет научную сторону процесса. Сотни тысяч людей еще и платят по десять долларов в месяц, чтобы на это смотреть.

Издательство «Хоук» заплатит ему внушительную семизначную сумму за кулинарную книгу по его видео. А мне, отчаянно нуждающейся в деньгах несостоявшейся поэтессе у них в штате, будут платить едва пригодную для жизни зарплату за то, что я напишу ее за него.

Телефон звякает.

От: chef@

Кому: ali@

Он временно вышел из строя. Я скоро иду к врачу. Мне его даже жалко.

Я улыбаюсь, и под шипение картофельной соломки в кипящем масле и ленивый профессорский голос, рассуждающий о пектине, крахмальных гранулах, ферментах и каком-то метил-пектине, мои пальцы начинают летать по экрану.

От: ali@

Кому: chef@

Похоже на обычную профессиональную травму в твоем случае. Но кто вообще способен жалеть о том, что у тебя в штанах?

Воображаемая монахиня шлепает меня по плечу. Энни, сестра Энни рявкает.

Да пошла ты, сестра Энни, это не считается! Флирт с порнозвездой — прости, создателем контента для взрослых, как он предпочитает себя называть, — ходит по краю, но границу не переходит. Может, немного ее сгибает, но по крайней мере не меня. Никто меня не нагибает. Кроме меня самой.

Секс с самой собой не считается, заявляю я сестре Энни со дна жизни, также известного как подвал моих родителей. И я абсолютно трезвая. И ты вообще через месяц исчезнешь.

Я вдавливаю пальцы в закрытые глаза.

Сестра Энни. Эта занудная стерва. Моя внутренняя монахиня-хранительница, следящая за двухлетним обетом воздержания, который я сама на себя наложила: никакого секса, никаких наркотиков, никакого алкоголя. Полная перезагрузка после десяти лет безрассудства, ночей в стробоскопах и фальшивых дружбах, глупых драк, безумств на крышах и пробуждений в чужих постелях с одной лишь головной болью. Она получила эту работу два года назад, когда моя сестра-близнец Мэй выставила меня из нашей общей квартиры и заставила вернуться домой. Сюда. Где я и сижу в безопасности. Скучно, но безопасно.

До прошлого года.

После того как я, как пьяный феникс, восстала — безумная, но сексуальная, две самые правдивые вещи, которые этот тупой придурок Нико когда-либо обо мне сказал, — буквально из огня помолвки Мэй, я дала обещание. Больше никаких проблем. Никакого хаоса, срывов и испорченных для Мэй событий. Я дала сестре Энни еще один год. Ее последний рабочий день — день свадьбы Мэй.

Если это происходит вне моей кровати или этого дома, значит, под запретом. У сестры Энни одна задача: проследить, чтобы в этот раз я снова все не испортила.

От: chef@

Кому: ali@

Ты заставляешь меня краснеть, Али

А вообще флирт с создателем контента для взрослых — безобидное развлечение, особенно под покровом тайны, в котором мы работаем. Сразу после того как моя начальница Патрисия дала мне этот проект, как только я с ним связалась, он с ходу потребовал общаться только по электронной почте. Никаких настоящих имен. Никаких сообщений и звонков, никаких видеочатов. Я могу смотреть его видео, чтобы уловить его «общее настроение», и не более.