Я выругалась. Майя (яркая, энергичная девушка с копной тёмных кудрей, небрежно перевязанных алой лентой) умудрилась изобразить вину за то, что позволила послушнице сбежать. Тут из спальни матери раздался дрожащий голос. Она всё это время не спала и прислушивалась. «Я всего лишь беспомощная старушка, измученная страданиями. Кто-то должен разобраться с бедной Ганной!» Приказ прозвучал достаточно чётко.

Раздражённый, я потребовал подсказки, с чего начать. Тихим шёпотом, который никого не обманул, мать назвала храм Дианы на Авентине.

Диана: девственная богиня лунных рощ, с пышными бёдрами и неугомонным луком и стрелами. Что ж, это имело смысл. Любая лесная жрица чувствовала бы себя как дома рядом с надменной охотницей. Мне следовало помнить с самого начала этой миссии, что Храм Дианы традиционно был убежищем для беглецов.

Когда меня надавили, мама смиренно призналась, что юная Ганна регулярно молилась в этом храме… «О, Аид, мама, неужели ты ничего не заподозрила? Зачем Ганне молиться Диане? Никто в Либеральной Германии не чтит Двенадцать Богов, согласных с Богом!» Меня терзало мучительное воспоминание: «Ты держишь её дома?» «Кроме тех случаев, когда мы вместе совершаем небольшую вылазку на рынок или в храм». «Она что-нибудь сказала?» «Она здорово тебя обманула. Она многое утаивает».

Глупец! Мне следовало бы понять подсказку. Как минимум, сообщения передавались. В худшем случае, сама Веледа пряталась в храме, а Ганна была с ней в сговоре. Если бы это было правдой, вероятно, ни Ганны, ни Веледы сейчас там бы не было. «Почему ты ничего не сказал?» — «О сынок, я никогда не вмешиваюсь». Боже мой. «Мне нужно идти». — «Не торопись!» — воскликнула Майя.

У моей сестры был быстрый и гневный способ справиться с кризисами. «Во-первых, я умею читать предзнаменования. Как только мать призналась, какую аферу провернула эта девчонка, я сам помчался в храм, Маркус. Жрецы отрицали всякую осведомленность».

Они скажут тебе то же самое. В любом случае… — Это был решающий довод; моя сестра это знала. — Елена хочет, чтобы ты вернулся домой. Она велела тебе быть там быстро, в хорошем настроении и чистым. Тит Цезарь пригласил вас двоих и её родителей на официальный пир сегодня вечером в храм Сатурна. Так что ты пойдёшь — или будешь проклят в памяти.

Я в ужасе закрыл глаза. Бесконечный официальный банкет в присутствии кукол бога и этих двух чопорных людей, императорские принцы, браво изображающие из себя людей из народа, пока летающие орехи бьют по их золотым галунам, а пьяницы блеют на их должностные шары, – не в моём представлении о светской жизни. Даже Тит и Домициан, пожалуй, предпочли бы провести вечер дома за игрой в шашки. «Смотри на вещи яснее», – утешала меня Майя. – «Это избавит тебя от кукол в доме Па». Тонкий вопль волнения вырвался у мамы при упоминании о нашем сбежавшем отце. Мы с Майей обменялись кривыми улыбками. Ох, летающие фаллосы, к чёрту жрицу. Поскольку это был праздник прекращения обид, я нежно поцеловал сестру, еще более преданно поцеловал мать, увернулся от махающей руки мамы, когда она пыталась дать мне пощечину, и пошел домой, чтобы отвести жену на ужин на свежем воздухе к древнему богу Сатурну.

XXXIX

«Извини, Маркус. Но уклониться от приглашения было бы невежливо».

Елена имела в виду, что это было бы слишком политически. Когда император позвал, никто не был занят ничем другим. Отказ положил бы конец нам. Нас больше не приглашали бы. Наша общественная жизнь закончилась бы. Когда-то мне было плевать на мою общественную карьеру; теперь у меня была семья.

Мне даже приходилось заботиться о рабах. Им нравилось наслаждаться всеми прелестями римской жизни. Гален и Иакинф теперь совершенно забросили свои обязанности. Они играли в «Солдаты» на доске, размеченной на пыли в прихожей. Правда, пыли там бы не было, если бы я купил раба-уборщицу. Так что, возможно, я бы и не возражал, но они бросали мои лучшие кости.

«Что ты будешь делать с Ганной и Веледой?» — беспокоилась Елена, когда я рассказал ей о своих планах. Я отправил всех наших легионеров наблюдать за святилищем жрицы на Авентине. Не стоило придавать этому слишком большое значение; я сильно сомневался, что Веледа там была. Елена подумала, что мужчины просто ушли выпить.

На случай, если она решит, что я замышляю какие-то манёвры с солдатами, я позволил ей подумать. Я был заботливым мужем. «Это типично», — сказала она со вздохом.

«В храме происходят какие-то действия, но вы застрянете не в том храме!»

«Верно, дорогая». Я сосредоточился на застёгивании своих туфель для вечеринки. Подняв взгляд, я увидел, что её лицо внезапно застыло. Несмотря на красоту и, в целом, спокойный характер, Елена Юстина обладала взглядом, способным прожечь камень. Часть меня словно расплавилась. Я любил её так сильно, как только может любить мужчина, но мне бы хотелось, чтобы эта девушка хоть иногда позволяла себе обманываться.

Она поняла, что я надеялся не задержаться надолго в другом храме. Храм Сатурна — старейший на Форуме, построенный частным спонсором. Если встать там, где раньше лестница вела из Табулярия…