Двадцать четвёртое правило силы Балероса: завоюй их сердца, убив их угнетателя.

— Напуганными людьми легче управлять. Когда люди достаточно напуганы, они нападут на нас. Когда Балерос убьёт тебя в грандиозном спектакле, они будут благодарны. Это действительно блестяще.

— Блестяще, — повторил он.

— Я имею в виду, что он очень хорошо умеет планировать наперёд.

Руадан снова зашагал, окутанный туманом и тенями, пока не достиг глухой кирпичной стены. Он остановился, уставившись на неё. Мне потребовалось мгновение, чтобы заметить слабый отсвет магии, который поблескивал на стене. Мерцающий красный — того же цвета, что и магия, которую мы видели в Институте.

Стена была зачарована, и магия принадлежала королю Локрину.

Руадан протянул руку, провёл кончиками пальцев по стене, и гламур исчез. Теперь мы стояли перед покосившейся деревянной дверью. Прямо над нами на ветру жалобно поскрипывала вывеска паба — череп из слоновой кости и скрещенные кости, нарисованные чёрной краской.

Руадан толкнул дверь и оказался в пабе, где отблески свечей трепетали на изогнутых каменных стенах и дубовых скамьях. Каменные стены были увешаны оленьими рогами, черепами и страницами из алхимических текстов в рамках.

За столом сидели три человека, одетые в чёрные плащи и усеянные звёздами шляпы волшебников. Они склонились над крошечными оловянными фигурками и цветными игральными костями. Мужчина-человек с длинными светлыми волосами, собранными в конский хвост, поднялся, опрокинув свой стул.

— Я Борадрион, Тёмный Фейри, повелитель Хеллбании! Я поражу своего врага, похожего на свинью, броском… — он бросил кубик через стол.

Бородатый мужчина громко вздохнул через нос.

— Тебе выпала природная единица. Кабан откусывает тебе член.

Лицо Борадриона покраснело.

— Метриор потряс стол своими мясистыми гномьими ручищами! — он стукнул кулаками по столу. — Мне нужно повторить бросок. Мастер Подземелий Итан, это чушь собачья.

— Что за чертовщина, — пробормотала я.

Моё сердце ушло в пятки. Я надеялась на хорошую драку, но здесь я этого не найду. И всё же… кто-то, обладающий магией, наложил чары на дверь. Возможно, они были сильнее, чем казались.

Именно в этот момент Борадрион Конский Хвост понял, что мы вошли, и поправил очки на носу. Его лицо всё ещё выглядело напряжённым и красным.

— Кто входит в «Череп и скрещенные кости»?

Третий закон силы Балероса: всегда позволяй врагу недооценивать тебя.

Я моргнула.

— Да, ну это самое, дверь просто появилась в стене? Это было немного странно, — снова американский акцент. Всегда с американским акцентом. — И это было похоже на волшебство или что-то в этом роде? И мы просто зашли внутрь. Вы понимаете, о чём я? У вас, ребята, есть водка и Ред Булл?

Борадрион сердито посмотрел на меня, затем повернулся к своему другу.

— Чёрт возьми, Метриор. Я же говорил, что чары не выдержат. Ты ужасный маг.

Метриор выскочил из-за столика, сердито глядя на меня сквозь очки.

— Я думал, это надёжное заклинание, — тихо сказал он. — Король Локрин помог мне с этим.

Вот как? Какой миленький союз отец Мэддана заключил с Балеросом и его командой людей-идиотов.

На Руадана по-прежнему никто не обращал внимания. Из-за окутывающего его призрачного тумана люди просто не замечали его.

Я склонила голову набок.

— Похоже, вы, ребята, много знаете о магии и прочем.

Метриор выпятил грудь.

— Меня инструктирует настоящий король фейри.

Бородатый мужчина — Мастер Подземелий Итан — подошёл к Метриору сзади, шевеля пальцами.

— Он не единственный. Посмотри на это. Ekkimu, — красный свет заиграл на кончиках его пальцев, и он ухмыльнулся.

Метриор неодобрительно хмыкнул.

— Да, но он потратил на меня больше времени, потому что распознал мой врождённый талант. Теперь я могу творить настоящие атакующие заклинания. Смотри, — Метриор поднял руку и уставился на кончики своих пальцев. — Baraqu!

С кончиков его пальцев сорвалась молния, ударившая в потолок. Дерево мгновенно вспыхнуло, и над нами взревело пламя.

Борадрион прикрыл голову руками.

— Потуши огонь, ты, чёртов осёл! Я же говорил тебе, чтобы ты прекратил это делать в помещении.

Закашлявшись, Метриор крикнул:

— Malititu!

С потолка хлынула вода, гася огонь. Она пропитала мои волосы и одежду, прежде чем превратилась в коричневую струйку. Я едва сдержалась, чтобы не выбить из них всю дурь.

С меня капала вода, и я широко раскрыла глаза.

— Удивительно. Как вам удалось уговорить короля фейри проинструктировать вас?

— Грядёт нечто грандиозное, — сказал Борадрион. — Расплата. Что-то, что изменит мир, который мы знаем. И мы — солдаты. Когда произойдут перемены, мы будем править на его стороне.

«Конечно, так и будет, придурок». Я облизнула губы, слегка дрожа в своей промокшей одежде.

— Что же грядёт?