— Выдержишь. От этого все станет только лучше, — я целую ее чуть ниже уха. — Тебе станет легче. — Я обхватываю ее одной рукой, лаская через трусики, и прижимаюсь членом к ее ягодицам. Она задерживает дыхание. — Дыши, малышка. — Когда она выдыхает, я просовываю палец под ткань, дразня, но не входя внутрь. — Ты такая мокрая для меня, так готова кончить.

— Да, пожалуйста.

— Скоро. — Я обхожу ее и встаю напротив, не отрывая взгляда от ее глаз. Проскальзываю пальцами между ног, растирая плоть поверх трусиков, и провожу языком по соску.

Она вцепляется в мои руки, тяжело дыша: — Ты сводишь меня с ума.

— Хорошо. — Я втягиваю ее сосок в рот, прижимая к небу, и она вскрикивает, вонзаясь ногтями мне в предплечья. Я снова провожу языком по напряженной вершине.

— Пососи еще, — умоляет она.

— Вот так. Говори мне, что тебе нравится. — Я исполняю ее желание.

— Флетч...

Она уже на грани, но я хочу, чтобы ее накрыло диким, неудержимым восторгом. Я отстраняюсь, вовлекая ее в грубый, страстный поцелуй, и цепляю пальцами края ее трусиков.

— Я мечтал снять их с тебя с той самой секунды, как увидел их у твоего окна.

Я тяну их вниз, целуя лобок, внутреннюю сторону бедер и колени. Каждый раз, когда мои губы касаются ее кожи, она резко втягивает воздух. Не торопясь, доводя нас обоих до исступления, я поднимаюсь поцелуями обратно по ее ногам. Сжимаю ее ягодицы и провожу языком по чувствительной коже бедер — так близко к ее киске, что моя щетина задевает ее. Она судорожно выдыхает, а я продолжаю изводить ее, пока она не начинает молить о большем. Ее возбуждение смачивает мою щеку и её бедра. Я слизываю эту влагу и намеренно пропускаю место, где я нужен ей больше всего, запечатлевая поцелуй чуть ниже пупка. Мне хочется бросить ее на кровать и пировать на ней, пока она не начнет умолять, чтобы я ее трахнул, но наше время для этого еще придет.

Так же, как придет и ее разрядка.

Сейчас ей нужно, чтобы я не спешил и доказал, что я держу слово. Я подавляю инстинкты и просто любуюсь красотой перед собой. Выпрямляюсь во весь рост и провожу тыльной стороной пальцев по ее щеке.

— Ты великолепна, солнышко. Чертовски красивая.

Я беру ее за руку, подвожу к постели и откидываю одеяло. Она забирается на кровать, я ложусь следом, прижимаясь к ее боку.

— Ты как? Притихла совсем.

— Кажется, я сейчас просто вспыхну.

— И отлично. — Я целую ее.

— Я думала об этом... о нас... всю неделю, — признается она. — Боюсь проснуться и понять, что это сон.

До чего же она милая. — Разве это похоже на сон? — Я припадаю губами к ее груди, лаская ее рукой, и дразню сосок языком.

— Нет, — вырывается у нее на длинном выдохе.

Я действую активнее, пуская в ход зубы и язык, пока она не начинает извиваться подо мной. Когда я втягиваю ее сосок поглубже, она выгибается на матрасе и хватает меня за голову, не давая оторваться.

— Не останавливайся.

Я продолжаю ласкать ее ртом и рукой, ловя каждый чувственный стон. Спускаю руку к животу, едва задевая клитор кончиками пальцев. Она подается бедрами навстречу, и я опускаю ладонь ниже, утопая в ее влаге. Она рвано вдыхает, и — черт. Она такая тесная и горячая, а эти тихие звуки, которые она издает, заставляют мой член пульсировать. Я не могу сдержать рычание, медленно работая пальцами, изучая ее тело, опускаясь чуть ниже через каждые несколько движений, а затем снова возвращаясь наверх. Она сжимает простыни в кулаках.

— Так хорошо, малышка?

Она издает какой-то невнятный звук, но не отвечает.

Я перехожу к другой груди, постепенно наращивая темп и нажим пальцев. Сосу ее сосок сильнее, слегка прикусывая его. Она хнычет и стонет, упираясь пятками в матрас и разводя колени.

— Да, милая, лови это удовольствие. — Я чувствую, как в ней зреет оргазм, слышу это по ее сбивчивому дыханию, вижу по напряженным бедрам. — Скажи мне, что тебе нужно, солнышко. Быстрее? Медленнее? Сильнее?

Она издает грешный, томительный звук, но моя маленькая болтушка не произносит ни слова.

Решив во что бы то ни стало сдержать обещание, я прокладываю огненный путь по ее телу и провожу языком по киске, впервые по-настоящему пробуя ее на вкус. Ее кулаки сильнее сжимают простыни.

— Какая же ты сладкая. — Я припадаю к ней снова, ускоряя темп, и с ее губ срывается звук, полный чистого наслаждения, который подстегивает меня.

Скользнув двумя пальцами внутрь, я переключаюсь на клитор, лаская его быстрее и сильнее, и сгибаю пальцы внутри нее, размеренно толкаясь в поисках той самой точки, что вознесет ее к небесам.

— О боже, — выдыхает она. Я возвращаюсь к заветному месту и начинаю дразнить его кончиками пальцев. — О-о-о... как хорошо. Не останавливайся.

Благодарю, солнышко.

Сосредоточившись на этой магической точке, я пускаю в ход вторую руку — теперь мои пальцы работают в тандеме с языком. Она двигается вместе со мной, и когда она начинает сама насаживаться на мои пальцы, задавая ритм, я прибавляю обороты.