Я уронила отчаянный взгляд на строчку, где была указана его группа крови, и вздрогнула всем телом. В голове вспыхнуло единственно возможное, сумасшедшее решение. Я решительно подошла к растерянному врачу, жестко схватила его за плечи и впилась ногтями в ткань.

— Сделай прямо сейчас прямое переливание! Мою кровь ему! — потребовала я и посмотрела ему прямо в глаза.

— Нет! Так нельзя делать, Элен! Ты хоть знаешь свой фактор?! — Авис в панике отрицательно качнул головой и попытался вырваться.

— Сделай это! — я с животной силой затрясла его. Едкими нитями по моему сознанию проходило отчаяние. — Только этот шанс позволит нам разжижить его кровь ! Другого варианта просто нет, он умрет у нас на столе! Ты же сам прекрасно видишь, что никаких внешних повреждений у него не было. Скорее всего, всё, что было разорвано при аварии, уже зажило благодаря регенерации. Но кровь откуда-то идет! Значит, его организм способен залечить физические раны, но с тем что в крови и внутри, он бороться не может! Моя кровь чистая!

Врач упрямо отказывался и пятился назад. Тогда я, не контролируя себя, сильно перехватила его за воротник.

— Я оказала тебе услугу, прикрыв твою дочь! Твоя очередь мне её вернуть! Делай! — прорычала я не своим, низким голосом.

Врач стремительно побледнел. А я внезапно ощутила странную, обжигающую теплоту под своими собственными пальцами, которые сжимали его халат. Я отстранилась и с шоком увидела частичную трансформацию. Мои ногти удлинились и превратились в острые, белые когти.

Такого не было никогда в моей жизни. Моя волчица проснулась, чтобы защитить своего умирающего истинного.

Авис увидел мои глаза и без лишних слов сделал то, что я приказала. Быстро подготовил системы и воткнул катетер в вену Ареса. Себе же иголку я воткнула сама, левой рукой. Тщательно следила за тем, чтобы врач, ушедший к шкафам за физраствором, не увидел метку.

Кровь побежала по трубкам. В этот момент густые, черные ресницы Зейна начали мелко трепетать.

Мне было до одури страшно. Нервная дрожь скользнула по телу, но я не могла прервать этот процесс. Не могла не смотреть на то, как наши руки, на которых под кожей горели парные метки, лежали так близко друг к другу. Нас соединяла лишь тонкая пластиковая трубка с моей кровью, перетекающей в его вены.

И в этот момент Зейн тяжело приоткрыл веки. Посмотрел на меня поплывшим, мутным от боли и яда взглядом.

— Элен... — его голос прозвучал как сухой шелест листьев. — Моя Элен...

У меня в груди всё пекло так, словно туда залили раскаленный свинец.

— Арес… ты.. — Склонившись прямо к его лицу зашептала глядя в глаза. Искала на дне тёмных зрачков его. Моего Ареса.

Слезы мгновенно застелили зрение. Я отчаянно пыталась сказать ему что-то, сказать, что я рядом, что всё будет хорошо, но в этот момент с оглушительным хлопком дверь операционной распахнулась настежь.

На пороге стоял незнакомый мне, высокий и очень злой парень. Он смотрел на происходящее бешеным взглядом. В его руках были сжаты какие-то вещи. Парень начал яростно рычать.

— Какого черта здесь происходит?! — рявкнул он и опустил взгляд на сплетение трубок. Увидел, что я перегоняю альфе свою кровь.

По вспыхнувшему узнаванию во взгляде парня я с ледяным ужасом поняла, что он меня узнал.

Мне удалось в ту же секунду вытащить иголку из своей вены и быстро спрятать окровавленную руку под длинным рукавом. Тут же, действуя на одних лишь инстинктах, я осторожно вытащила иглу и у Ареса пока он непонимающе моргнул приходя в себя. Быстро забинтовала место прокола, чтобы остановить кровь.

Самое главное сейчас, что он узнал меня.

Моя Элен….

Вспомнил. Он же вспомнил меня?

За это короткое время парень в несколько огромных скачков подошел ко мне, грубо схватил за плечо и, вздернув вверх, начал рычать прямо в лицо.

— Вот ты и попалась, сука! Что, не смогла уничтожить его в аварии и решила теперь добить?! Не получится, тварь!

Его слова ранили глубже души. Я бы никогда не смогла причинить ему вред. Внутри меня всё ещё теплилась крошечная, отчаянная надежда на то, что если Арес только что назвал меня своей, если он меня узнал, значит, он сейчас проснется и вспомнит всё. Возможно... возможно, был еще шанс вернуть ему память. Может, те кто его отравили знают об этом. Боятся.

Парень, который держал меня стальной хваткой, повернулся, как только увидел, что Зейн на столе тяжело приподнялся.

— Ну вот он и очнулся. Сейчас он сам с тобой разберется, мразь, — злорадно прошипел парень. Он держал меня так крепко, что кости трещали. Я прикусила губу, чтобы не закричать от боли.

Альфа проморгался и потряс головой. В панике шаря глазами по операционной, я искала куда бежать в самом худшем исходе.

И в этот момент Зейн окончательно сел на столе.

Он посмотрел на нас уже осмысленным, хотя и всё ещё немного плывущим от слабости взглядом. Но то, как медленно растянулись его губы в злой, агрессивной и абсолютно безжалостной улыбке, уронило мое сердце на самое дно. Надежда рассыпалась стеклянной крошкой разрывая лёгкие.