— Согласна. Такое случается лишь раз в жизни.

— Имей в виду, мы подаем заявление в полицию. С рук ему это не сойдет.

— Естественно, подаем. Зачем я, по-твоему, вообще позволила Келвину нагнать меня на лужайке?

Леви тяжело выдохнул.

— Гениальная задумка. От которой меня, черт возьми, трясет.

Вслед за ним я вошла в дом, где Леви намочил полотенце и принялся осторожно стирать кровь с моего лица.

— Ну и как прошло соблазнение?

Он поднял голову.

— Тебе виднее. Ведь подобное под силу только тебе одной.

— Ладно. Тогда как насчет попытки соблазнения?

— Сначала попыталась завести пластинку о том, что хочет поплакаться на Келвина. А затем скинула жакет, оставшись в самом безвкусном и вульгарном топе из всех, что я когда-либо видел. Ну я и выставил ее за дверь. И ты должна знать: я бы в жизни не...

— Знаю, — перебила я. — А вот Салли не знала. Потому и примчалась предупредить.

— И правильно сделала.

— Даже при том, что она твоя сотрудница?

— Она пеклась о благополучии моей жены, — он снова бережно промакнул ссадину. — Раз уж ты, судя по всему, о себе совершенно не думаешь.

— Эй, кратковременный риск ради долгосрочной выгоды. Считай это грамотной инвестицией.

— И все же я больше никогда не желаю видеть подобного. Ты поняла?

— Не увидишь. Будем надеяться, удастся добиться для него реального тюремного срока, тем более что это уже не первое правонарушение.

— Как раз хотел об этом спросить. Из-за чего ему выписали первый запретительный ордер?

— О, долгая история. И связана она с тем, что я узнала от мистера Бьюфорда.

— Я и думать забыл, что ты ходила к нему на разговор.

— И выяснила немало интересного. Готов возненавидеть Келвина еще сильнее?

— Да кому он, на хер, сдался? Я готов слушать то, что выяснила ты.

Я рассмеялась. Чтобы окончательно привыкнуть к тому, что в центре внимания теперь я, потребуется время.

Но я обязательно привыкну.

— Обязательно все расскажу, но первым делом нужно выпить лекарство. Чувствую, подступает головная боль.

— Значит, разговоры подождут. Впереди целая вечность.

Притянув мужа к себе, я сжала его в крепких, почти удушающих объятиях.

— И мы не станем тратить ее впустую. Счастливый финал уже близко.

— Милая, — в его голосе явственно прозвучала улыбка, — сдается, мы его уже обрели.

Эпилог

Я проснулась в постели одна, к чему совершенно не привыкла.

Нахмурившись, медленно поднялась. Я накинула халат – ведь уснула совершенно голой после очередной крышесносной ночи, – и отправилась на кухню. Ни самого Леви, ни его машины видно не было.

Завтракать вместе по утрам стало нашей любимой привычкой. Традиция свято соблюдалась даже в рабочие дни. И потому его внезапное отсутствие не на шутку тревожило.

Повернувшись к кофеварке, я заметила, что она полна свежезаваренного кофе. Налив чашку, я потянулась за телефоном, собираясь выяснить, куда Леви, черт возьми, занесло. Но тут, сунувшись в холодильник, не обнаружила на полке кленового сиропа.

Именно в этот момент на пороге возник Леви, нагруженный двумя здоровенными пакетами.

— Надеюсь, нашлась веская причина оставить меня в постели одну, — процедила я, закрывая дверцу холодильника.

— Я хотел сварить тебе кофе к пробуждению, но закончился кленовый сироп, вот и пришлось за ним сбегать.

— И эти баулы – исключительно ради сиропа?

— Ну, насчет этого, — он водрузил пакеты на столешницу. — Помнишь, я говорил, что ты в жизни не приготовишь помидоры так, чтобы они понравились?

— Еще бы, — я скрестила на груди руки. — Неужели готовишься признать неправоту?

— Твоя фриттата оказалась просто бесподобной, а те помидоры, что дозревали на подоконнике, как раз поспели, — он тяжело вздохнул. — Приготовишь еще раз?

— Только если признаешь, что я восхитительна и абсолютно всегда права.

— Ты восхитительна и права в подавляющем большинстве случаев.

Я испепелила его взглядом.

— Я просила не об этом.

— Может, это искупит вину, — из второго пакета он извлек огромный букет цветов.

Сердце сладко замерло, как случалось всякий раз, стоило Леви сделать нечто подобное.

— Пожалуй, искупает. Но совершенно не обязательно постоянно дарить мне цветы. На прошлой неделе ведь приносил.

— Ты моя жена. Я обязан хоть как-то вызывать у тебя улыбку. К тому же нужно наверстать все упущенное за жизнь.

— Ты за это не в ответе.

— Но все равно продолжу.

Порой я совершенно не умела наслаждаться новой жизнью. Леви окружал меня вниманием – сильнее, чем кто-либо из знакомых. Немного уступали ему разве что Изра и Нэнси, с которыми сближалась день ото дня. Когда я наконец поверила, что достойна любви, впустить их в сердце оказалось сложнее, чем ожидала, но я усердно трудилась. Теперь же у нас появился общий чат, куда я скидывала все новости за день.