— Да, я тоже. — Сан подошла к своему все еще полному бокалу вина и выпила его пятью большими глотками.

Край его рта расплылся в шутливой улыбке.

— Нервничаешь?

Она кашлянула и подошла к нему, протягивая бокал. Он наполнил его, потом налил себе, и они принялись за красное из коробки с едва уловимыми нотками фруктов. Очень тонкие.

— Это чернослив? — спросила она, причмокивая губами.

Он пожал плечами и выпил еще один бокал, видимо, нервничая не меньше, чем она. А ведь им предстояло вернуться на работу через десять часов.

Вино подействовало на нее мгновенно. Она подошла к дивану, села перед ним, и весь мир ушел у нее из-под ног.

Он присоединился к ней.

— Нам нужно установить некоторые основные правила, — сказала она, уже ощущая сильный гул.

— Согласен. Ты первая.

Она подавилась глотком, который уже собиралась сделать, и решила, что медленный подход к делу с вином будет лучше для всех участников.

— Что? Нет. Почему? А как же ты?

— Дорогая, не беспокойся обо мне. Я могу кончить в течение трех секунд.

— Нужно быть крутым мужчиной, чтобы признать это.

Он погрустнел и изучил её, прежде чем признать:

— Ты не такая, как другие женщины в моей жизни.

— Надувные?

— У них были свои причины быть со мной. Я просто… я хочу, чтобы это было хорошо для тебя. — его слова прозвучали почти грустно.

— Хорошо. — возможно, после встречи с Леви она была более возбуждена, чем хотела бы признать, и отпила вина.

Прошло много времени. Очень, очень, очень, очень долго.

Он поднял её на колени, и она обхватила руками его широкие плечи, пока реальность не погрузилась в нее.

Целовать его было так же приятно, как целовать тыльную сторону собственной руки. Она повернула голову и сказала:

— О Боже, подожди.

— Хорошо, — сказал он, прокладывая дорожку поцелуев от её рта до уха. Этого было достаточно, чтобы она снова забыла, куда положила свои чувства. Бросить осторожность на ветер. Протест, зародившийся на кончике её языка, исчез.

Он остановился и облизнул губы, выражение его лица было похоже на то, как Сан ест лимонники.

— Что у тебя на лице?

— О, да, это маска. Тебе не стоит её лизать.

Ее рот снова накрыл его рот.

Он был всем, чего только может пожелать девушка. Безумно красив. Потрясающее тело. Фантастическая личность. Девушка была бы сумасшедшей, если бы не желала его, что заставило её усомниться в здравом уме, когда она снова прервала поцелуй.

Но она отстранилась в тот же момент, что и он. Они смотрели друг на друга, понимая всю безнадёжность ситуации.

И тут её осенила мысль.

— Может, нам нужно раздеться?

— Конечно! — он постучал ладонью по голове. — Это именно то, что нам нужно.

Они целовались до самой её спальни, срывая на ходу одежду, натыкаясь то на этот стол, то на тот комод. Возможно, она слышала, как что то разбилось, но точно сказать не могла. Он прервал поцелуй, чтобы поднять рубашку над головой, как это делают мужчины, и, признаться, у нее немного ослабли колени. О его грудных мышцах ходили легенды.

Не успела Сан опомниться, как её кожа коснулась его, и она почувствовала себя хорошо. Она должна была это признать, и все же…

Они снова замерли, обнажённые в объятиях друг друга, их дыхание было коротким, взволнованным.

Взгляд его глаз, хотя и покорный, был полон восхищения.

— Ты такая красивая, Санни.

Она провела руками по его бицепсам.

— Ты тоже, красавчик. — она жестом указала на кровать. — Как насчёт того, чтобы сделать перерыв.

Она забралась в постель, пока Куинси шёл наполнять их бокалы вином с ароматом сливы. Теперь она обожала его еще больше. И она не сомневалась, что другая её часть действительно любит его. Просто они так долго были друзьями.

Когда он вернулся в спальню, на нем было нижнее белье. Угольно-серые трусы-боксеры. Он протянул ей бокал, затем забрался с ногами под одеяло и прислонился к изголовью кровати.

— Теперь мы знаем, — сказал он почти печально.

— Теперь мы знаем. — она провела пальцами по ободку своего бокала. — Кого ты пытаешься забыть?

— Что? — спросил он, выходя из транса, в котором находился.

— По кому ты тоскуешь?

Он покачал головой.

— Это не имеет значения.

— Квинси. — она положила руку ему на челюсть и повернула его к себе. — Конечно, имеет. Это Зи?

Между ними возникло мгновенное притяжение, но, насколько Сан знала, ни один из них так и не начал действовать.

— Нет, Солнышко. Она просто великолепна, но…

— Но ты отдал свое сердце другой.

— Можно и так сказать

— Когда?

Он поднял плечо.

— Тебя долго не было.

— Подожди, это ведь не совсем моя мать?

Он рассмеялся.

— Нет, хотя должен признать, что если бы не твой отец, я бы сделал предложение этой женщине много лет назад.

— Могу я спросить тебя кое о чем?

— Всегда.