Саншайн вынырнула из своих размышлений и стала рыться в сумке в поисках телефона, словно он был последним спасательным кругом на «Титанике».

— Алло? — сказала она, прозвучало это более отчаянно, чем она предполагала. Она прочистила горло и попробовала снова. — Шериф Викрам.

Мужской голос, до жути похожий на голос её лучшего друга, заговорил тихим голосом.

— Ты просила меня позвонить, если он вернётся.

Сан замерла. Ее закадычный друг с детского сада, который по совместительству был её главным помощником, был в панике. Хотя он, похоже, паниковал чаще, чем большинство мужчин. Сан поборола волну беспокойства.

— Рэнди. — добавил он.

— Не может быть.

— Я знаю. — защищаясь, сказал он.

— Ладно, успокойся, Куинс.

Куинси Купер был её лучшим другом с тех пор, как она ударила Питера Бейли за то, что тот сбил его с ног на игровой площадке. С тех пор Куинс вырос. Теперь он выглядел примерно как промышленный морозильник с ухмылкой, способной растопить трусики с коматозной монахини.

Питер Бейли в конце концов заболел раком горла, но Сан предпочитала думать, что это не столько связано с её ударом по горлу, сколько с его привычкой курить по три пачки в день.

— Спокойствие? — недоверчиво повторил он. — Это ты сохраняй спокойствие. Ты видела, какого размера этот парень?

— Куинс, мы справимся. — она схватила свою сумку и встала. — Вызывай подкрепление. Всех. Пусть Зи и Салазар едут туда немедленно. Я буду там через пять минут. Кстати, кто такой Рэнди?

Он раздражённо вздохнул, растягивая слова, словно участвовал в конкурсе «Мисс Королева Драмы США».

— Енот.

Она остановилась, закрыла глаза и отвернулась от своего спутника. Когда она заговорила, то говорила тихо, чтобы вредитель Карвер не подслушал.

— Ты звонишь мне из-за енота?

— Да, я звоню тебе из-за енота. Ты же сама мне сказала. Он сеет хаос по всему городу.

— По всему городу, или по твоему дому.

— И там тоже.

Она глубоко вздохнула и снова повернулась к Карверу.

— Мне так жаль. Меня вызвали. Перебои с электричеством на другом конце города. Люди натыкаются на стены. Полный хаос.

Он вскочил со стула.

— О, нет, все в порядке. Ты же шериф.

Вот оно.

Странное раздражение в затылке.

Он так сказал «шериф». Как будто её должность была нелепой. Неважно, что она получила степень магистра в области уголовного права. И десять лет работала в полиции Санта-Фе, семь из которых она проработала детективом. Для него она была стройной блондинкой. И точка. Она почувствовала это, как только его взгляд остановился на ней.

И на её груди.

В основном на её груди.

Будь проклята её способность читать людей, как этикетку на бутылке с водой.

Большинство людей, во всяком случае.

Леви Равиндера?

Не очень.

Когда она начала уходить, Карвер окликнул её.

— Хочешь, чтобы я оплатил это?

Она снова остановилась, ошеломлённая. Через мгновение она сделала глубокий, успокаивающий вдох. Так же медленно и методично, как она планировала смерть своих родителей, она повернулась к нему.

— Вовсе нет. — она вернулась назад, достала десятку и бросила её на стол.

— О, твой стоил всего пару баксов.

Она точно знала, сколько стоит её чашка кофе. Это была чертова чашка кофе. Кивнув, она жестом указала на его тройной эспрессо-карамельный соевый макиато с корицей и дополнительным немолочным взбивателем и сказала:

— Это за мой счёт.

Он засиял, явно впечатлённый.

— Спасибо, Саншайн. Большинство женщин не проявляют подобной инициативы.

И для «этого» она увлажнила кожу.

— Я буду рад увидеть тебя снова.

Зажав улыбку между жёсткими чертами лица, она повернулась и направилась к выходу. Не то чтобы она ожидала, что он заплатит за её кофе. В таких ситуациях лучше всего было обойтись без денег. Но, если серьёзно, это был доллар пятьдесят.

Один.

Доллар.

Пятьдесят.

Полтора бакса.

Она не могла достаточно быстро броситься к месту отключения электричества. То, что она солгала об этом, было совершенно неважно.

Она открыла крейсер и устроилась внутри, радуясь, что оделась не на девятку, а на пять с копейками. В лучшем случае на шесть. Конечно, она накрасилась — редкость в наши дни, — но на ней был персиковый летний свитер, выцветшие джинсы и симпатичные замшевые ботинки на каблуке, представляющие опасность для нее самой и всех, кто находился в радиусе десяти футов.

Быстро развернувшись на парковке, она направилась к дому Куинси. Ей было почти неловко отказываться от своего полусухого соевого латте с добавлением объективизма и немолочно взбитого женоненавистничества. Карвер был новеньким в городе, владельцем и оператором «Четыре С», он же «Контроль за жуткими ползучими животными». И он…

Подождите. Она затормозила и нахмурилась в раздумье.

Как кто-то смог затащить фургон на три лестничных пролёта?

 

***