Сердце Баста бешено заколотилось в груди.

Эта история была из времен до Великой войны, когда народ Меры еще имел свой собственный район. До того как их изгнали в Атлантею.

«Лирике стало любопытно, ведь она никогда раньше не встречала тех, кто ломает волны.

— Вы плачете, потому что скучаете по воде?

Странный мужчина печально улыбнулся ей.

— Нет, юная фейри. Я плачу, потому что эти руны даровали мне бессмертие, но я навсегда потерял свою любовь. — С этими словами он прыгнул с обрыва».

— Кура, — пробормотал Корвус. — И это детская сказка?

— Народное сказка, — небрежно поправил Бен, перелистывая страницы другой книги. — И, похоже, довольно ужасающая.

«Когда мужчина упал на скалистый берег, Лирика громко закричала. Она кричала, когда увидела кровавые брызги, кости, оторванные от плоти, и его мозги, размазанные по каменистой земле».

Баст продолжал читать, но в голове вихрем проносились мысли.

«Однако любопытство взяло верх над ужасом Лирики, и юная фейри стала ждать, чтобы увидеть, говорил ли морской человек правду, восстанет ли он из мертвых.

И действительно, руны на его коже засветились, как солнце, и тело мужчины начало дергаться. Его кости срослись, кровь втекла обратно в череп, пока он не встал, полностью целым. Он вошел в море внизу, и хотя Лирика звала его, он ни разу не обернулся».

— У этого ребенка было богатое воображение, — пробормотал Корвус себе под нос. — Если это вообще происходило. Это всего лишь глупая история, брат.

Баст надеялся на это, но в глубине души знал, что это может быть правдой. Возможно, не стоило воспринимать народные сказания всерьез, но все же…

Сирена, который не мог умереть.

Леденящий ужас пробежал по его спине, когда он закрыл книгу.

Ему нужна была логика. Мера всегда пыталась смотреть на вещи разумно, иногда слишком разумно, но сейчас он должен был сделать то же самое.

Возможно, ребенок видел мужчину, который не мог умереть, почти две тысячи лет назад, до Великой войны, после которой сирен изгнали в Атлантею. Этот мужчина также оказался сиреной с рунами на теле, но только ведьмы использовали руны, чтобы усилить свою магию.

Сирена-колдун?

Это звучало бредово, не говоря уже о том, что такого не могло быть. Басту нужно было больше информации.

Намного больше.

Вскочив на ноги, он направился в раздел исторических книг, Корвус и Бен следовали за ним по пятам. Он начинал с этого раздела, но не нашел ничего стоящего. Теперь у него было представление о том, что искать.

— Библиотека, — прошептал он в стеллажи. — Найди мне книгу о сирене-колдуне.

Из стеллажей исходило серебряное свечение, прежде чем несколько книг взметнулись в воздух, порхая, как счастливые птицы. Наконец, одна из них упала в руку Баста. У нее была красная обложка с золотым названием посередине.

«Сказание о мертвом парне».

Корвус презрительно скривился.

— Что это делает в разделе исторических записей?

— Вероятно, затерялась среди других книг, — сказал Бен, хотя его светло-серые глаза сияли от любопытства. — Тебе следует сделать выговор миссис Фрэй.

— Обычно я бы с радостью выполнил это поручение, но миссис Фрэй в последнее время теряет зрение. Возможно, мне придется отправить ее в больницу, чтобы это исправили.

— Магия искала «сирену-колдуна», и вот что она нашла. — Баст провел рукой по распущенным волосам, хвост развалился некоторое время назад, и он не удосужился снова завязать волосы. — В нашей работе это называется уликой.

Снова сев, он открыл книгу. Пожелтевшие страницы мягко шуршали под его пальцами.

«Услышь, услышь историю о том, кто стал мертвым. Услышь, услышь историю Азинора, мертвого парня. Далеко от Атлантеи жила его мать. Многие говорили, что дитя было зачато непорочно. Она не дала ему имени, звала его просто сыном, и когда умерла, он остался один в мире».

— Это ужасная повесть, — заметил Корвус, прежде чем кивнуть Басту, приглашая продолжать.

«Над ее водяной могилой дитя спросило:

— Мама, как меня зовут?

К его удивлению, она призналась:

— Дитя мое, ты — Азинор, бог смерти.

Испуганный, он отправился на сушу. В районе ведьм он узнал о своей связи с загробным миром, своего рода божественности.

— Я бог смерти, — заявил он, но ведьмы рассмеялись.

— Многие слышат мертвых, — сказали они. — Ты не особенный, юноша.

Разгневанный на ведьм, он не отступил. Азинор искал запретные руны, чтобы обрести силу. Он путешествовал в дальние земли, искал в забытых храмах, пока не разгадал скрытые секреты.

Цена была высока. Руны поглотили его жизнь, и Азинор стал «тем, кто не мог умереть».

В библиотеке воцарилась тишина, когда все пытались осмыслить историю.

— Погоди. Руны забрали его жизнь? — Корвус моргнул, раскрыв рот. — Это значит, что он убил и воскресил себя?

Бен нахмурился.

— Технически это делает его некромантом, не так ли?