Они вышли из палатки, готовые встретить гору. Сан взяла свои лучшие ботинки с шипами, облачилась в толстый чёрный комбинезон и натянула на уши вязаную шапочку.

— Я раздобыл для нас квадроцикл, — сказал Куинс. — Командир отправляет нас за тот холм.

— По-моему, неплохо. — она поприветствовала «Книжных малышек», раздававших кофе, своих помощников, которые были на месте, и маршалов, прежде чем сесть в квадроцикл.

— Что хотела Мелоди? — спросил он, перекрикивая шум мотора.

Сан рассказала о том, что сбежавший из тюрьмы Рамзес Рохас, возможно, спас жизнь её дочери. И не просто спас, а рискнул собственной жизнью, ногами и свободой.

Они подпрыгивали на жёстком снегу, благодарные за то, что кто-то предусмотрительно предоставил им зимние шины, и искали как можно глубже в лесу, прежде чем им пришлось сойти и идти пешком. Она слышала, как другие поисковики, включая многих горожан, выкрикивали имена Джимми и Сибил, и задавалась вопросом, где Леви. Она слышала, что он закрыл спиртзавод и теперь несколько его кузенов и работников тоже ищут.

Можно было подумать, что с таким количеством людей они быстро найдут Джимми и, надеюсь, Сибиллу. Но здесь было слишком много леса, чтобы это было так просто. Сотни квадратных миль, и большая часть из них — горы. Горы Сангре-де-Кристо были южной оконечностью Скалистых гор. Такие же красивые. И так же опасны.

Метеоролог оказалась права. Слава богу, а то Сан не хотела думать, что эта особа — сплошная красота без мозгов.

— Нет ничего лучше бодрой прогулки по лесу, — сказал Квинси.

Через каждые несколько метров они останавливались, кричали Джимми и Сибил, а затем ждали ответа, прежде чем продолжить путь. Куинси проверял их местоположение каждые полчаса.

После нескольких часов блужданий по снегу Сан начала беспокоиться, что трех дней будет недостаточно.

Рация пискнула, но над головой пронёсся вертолёт, и они не уловили, что говорит командование спасательной операцией.

Квинси нажал кнопку «Говорить» на рации.

— Повторите, командование.

Из динамика послышался его голос. Он был мрачным, и сердце Сан перестало биться, чтобы лучше расслышать его сообщение.

Он тихо сказал:

— У нас есть тело.

 

***

 

— Когда ты это написал? — спросила Аури у Круза, когда они вошли в холл.

Он сделал минимально возможное усилие, чтобы пожать плечами, вероятно, чтобы сохранить энергию, если случится апокалипсис.

— Прошлой ночью.

— Что? После того, как я ушла домой?

Еще одно эффектное пожатие плечами.

— Миссис Онтиверос хотела, чтобы я отправил еще одно стихотворение на какой-то конкурс, который она помогает координировать, и я сказал ей, что напишу его. Я всегда так делаю. — он улыбнулся столь же энергосберегающей ухмылкой, в которой только одна сторона его рта была наклонена вверх. — Ей нравится это дерьмо.

— Мне тоже нравится. Это было потрясающе.

Он опустил голову, явно не привыкший к похвалам.

— Как ты это делаешь? Как ты пишешь такие красивые образы?

— Мои образы редко называют красивыми. Ты пропустила часть про кромсание плоти?

Она тихонько засмеялась.

— Нет, но это все равно было прекрасно. Так ты расскажешь мне? Как ты это делаешь? Как ты так думаешь?

— Я не знаю. — он засунул руки в карманы. — Я не думаю по-английски, если это имеет какой-то смысл. Я думаю картинками. В знаках. Я писал еще до того, как научился говорить, и с тех пор думаю знаками.

Она уставилась на него, но лишь слегка.

— Ладно, я беру назад свои слова, сказанные вчера вечером. Это официально самая крутая вещь, которую я когда-либо слышала.

Он сверкнул ослепительно белыми зубами.

— Увидимся позже.

Прежде чем она успела попрощаться, он ушел.

Аури смотрела, как он уходит, а потом огляделась вокруг, удивляясь тому, что ученики почти приняли её. На нее не бросали таких взглядов, как вчера, никто не разрисовывал её шкафчик и не пытался обвинить в воровстве. День определённо складывался удачно.

Повернув за угол, она увидела Линель и Лиама с Эйденом Хуангом — парнем, которого она допрашивала. Лиам держал Эйдена Хуанга за воротник, а Линель читала ему акт о беспорядках, тыкая в грудь острым ногтем.

Сначала парень выглядел скорее раздражённым, чем испуганным, но потом Линель что-то сказала, и он побледнел на глазах.

Он поднял руку в знак капитуляции и взял флешку, которую она ему протянула.

Лиам оттолкнул его, и они вместе ушли в закат. Или в блики от окон из листового стекла на фасаде школы. В любом случае.

Это была классическая история любви. Ее будут повторять еще многие поколения.

Девушка просит первого парня об одолжении. Тот отказывается. Второй парень хватает первого за воротник. Девушка запугивает первого парня, а второй трясёт его, как тряпичную куклу. В конце концов первый мальчик соглашается, и девочка со вторым мальчиком влюбляются друг в друга.

Немного дисфункционально? Да.