Аури почувствовала, как цвет уходит с её лица. Конечно, он позвонит её маме. Насколько ему было известно, она крала баллы за экзамены, номера социального страхования или коды ядерных ракет. Она не могла поверить, что он поймал её с поличным. Ей точно нужно было отточить свой криминальный ум.

— Я бы позвонил твоему отцу, — сказал он Крузу, — но не уверен, что смогу рассказать ему всю историю.

Что это значит? Круз поднял плечо, как будто сам был озадачен.

Парень в майке «Сихоукс» заговорил.

— Мы просто разговаривали, — сказал он и бросил на Круза извиняющийся взгляд в сторону.

— Что? Между ударами?

— Это было просто недопонимание. — парень посмотрел на нее. — Я не хотел тебя так сбивать. Просто сегодня день пиццы.

Аури была отчасти позабавлена его откровенностью, а отчасти ошеломлена. Круз ударил его из-за нее? Ее эмоции метались между восторгом и ужасом.

— Да, но у мистера де лос Сантоса, похоже, много

недоразумений. — он ткнул пальцем, и фанат «Сихоукс» последовал за ним в кабинет.

Аури притворилась, что изучает свои туфли. Вместо этого она изучала туфли Круза. На нем были потрепанные «Адидас», которые когда-то были белыми. Стельки обтрепались, клей на подошве износился и вот-вот развалится. Она посмотрела на свои ботинки, которые бабушка с дедушкой купили ей на Рождество, и вдруг почувствовала себя в них неуютно.

По внешним признакам было видно, что он не обращает внимания ни на что, кроме нее, но она не могла понять, сердится он на нее или нет.

— Я не поблагодарила тебя, — сказала она, её голос был мягче, чем она хотела. — Так что спасибо.

— За что? — спросил он.

Она подняла плечо. Она хотела сказать: «За то, что ты заступился за меня. За то, что был добр ко мне. За то, что оставляешь тепловые следы, когда идёшь, чтобы я всегда знала, где ты.» И это совсем не звучало бы назойливо. Вместо этого она сказала просто:

— За то, что поймал меня.

Мистер Джейкобс открыл дверь своего кабинета и грубо позвал Круза:

— Де лос Сантос.

Прежде чем встать, Круз прошёлся взглядом по её лицу, выражение его лица было отчасти любопытным, отчасти благодарным, и Аури вдруг поняла, что влечение между парнем и девушкой стало гораздо глубже.

Прежде чем выставить себя полной дурой, попросив его показать ей пути любви, она кивнула в сторону кабинета, где стоял в ожидании мистер Джейкобс.

Уголок его рта дёрнулся, но он повиновался. Аури заворожённо наблюдала, как по его следу расходятся тепловые дорожки, а затем медленно исчезают.

Метафорически выражаясь.

Солнечная прогулка.

 

***

 

Сан вышла из туалета новой женщиной. Точнее, более чистой женщиной после того, как умылась и почистила зубы. Рвота обычно оставляла послевкусие.

Она поручила своим помощникам разные дела, включая тщательную проверку биографии Сент-Обинов и предварительный обыск общественных мест в городе.

Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда она забирала у Квинси копию письма.

Она проверила определитель номера и сдвинула кнопку вправо, её беспокойство снова нарастало.

— Шериф Викрам.

Благодаря чуду техники в её ухо влетел мужской голос.

— Здравствуйте, шериф. Я подумал, что, возможно, вы захотите поговорить со своей дочерью. Объяснить ей, как работает закон. Что взлом и проникновение — это неправильно. И что воровство в большинстве культур не одобряется.

— Аури? — адреналин пронёсся по спирали вниз по позвоночнику и снова сжал живот. — Моя Аури? Что случилось?

— Слушайте, я знаю, что у вас сегодня просто адский день, но, может быть, вы могли бы заглянуть в школу?

Она сдержала ругательство.

— Я буду у вас через пять минут.

Она повернулась к своим помощникам, чтобы сделать последнее заявление перед выходом:

— Он накачал её наркотиками. И держит её под воздействием психотропных.

Прайс уставился на нее.

— Ты относишься к этой записке всерьёз?

Сейчас было не время.

— Примерно так же серьёзно, как я отношусь к тебе.

Он показал свои ладони, и она внутренне застонала.

Что, черт возьми, это значит?

— Салазар, — сказала она, повернувшись к молодому помощнику шерифа с щеками как у бурундука и глазами как у лани.

— Да, сэр. Мэм. Шериф.

Она опустила подбородок и подняла бровь.

— Вызови собак.

В комнате воцарилась тишина, когда Сан повернулась и направилась к выходу. Затем, с трудом сдерживая энтузиазм, Салазар прошептала: — Я вызову собак.

Квинси захихикал, следуя за ней.

— Не хочешь объяснить Прайсу тот комментарий?

— Не хочешь объяснить свое лицо?

— Никакие объяснения не сделают его справедливым. Скажем так: миру нужен был герой. И я оказался на высоте. Ясное дело, спрос и предложение.

Он подвёл Сан к пассажирской стороне крейсера.

— Я отвезу тебя туда, хорошо? На случай, если тебе станет плохо, снова.

Ужас охватил её.

— Ты это слышал?

— Весь квартал это слышал.

Заведя внедорожник, он приостановился и вздохнул. Серьёзный вид был не лучшим для Куинси.

— Ты точно в порядке? Ты очень серьёзно отнеслась к этой записке.