Я же, как и подобает амплуа, которое я только что решил разыгрывать, молчаливо протирал и без того чистый бокал.

Пока всё идёт… Неплохо? Кажется, что да. Заплатили парни наличкой, что меня дополнительно обрадовало. Если закажут ещё по несколько позиций из меню, а по их бегающим глазкам я вижу, что закажут, я, возможно, даже не умру с голода.

— Нет, Дементор обещал оплату после победы, но в итоге кинул нас, Боб, — донёсся до меня обрывок их разговора.

— А вы победили? — легкомысленно бросил Боб.

Парни резко замолчали, а Лидер подавился какао.

— Нет, — неуверенно протянул Тюлень. — Но меня ващет током кто-то шандарахнул! Этого не было прописано в договоре!

— Это проводка, — со знанием дела и явно не в первый раз возразил Акулий Зуб.

— Проводка не извиняется!

Я протёр бокал ещё усерднее.

Тюлень залпом допил какао и поставил пустую кружку передо мной.

— Ещё, пожалуйста. В этот раз тоже фирменный.

— А мне коктейль, — поставил рядом свою кружку Акулий Зуб. — И печенье, пожалуйста.

Я молча отнёс кружки на кухню.

— Фирменный, коктейль и печенье, — выдал я заказ.

— Печенье? — обрадовался Здоровяк и снял с противня Преобразователя самое румяное. — Сейчас, босс. Оно ещё тёплое.

Умник тем временем уже засыпал в преобразователь магазинное какао.

— Сорок секунд, — сообщил он, не оборачиваясь.

— А какао им точно понравилось? — тихо спросил Здоровяк, кладя печенье на блюдце.

— Если б не понравилось, не заказали бы снова, — спокойно ответил я.

Здоровяк расплылся в улыбке и положил рядом второе печенье.

Когда я вернулся в зал с подносом, оба парня разговаривали по телефонам.

— Не, не пиво, круче! Объяснить не могу, это надо самому пробовать, — вещал в трубку Акулий Зуб.

— Вывеска ААА, — вторил Тюлень. — Нет, я не ору! Это название такое!

В итоге сарафанное радио этих двоих сработало лучше, чем посты Лидера и Умника на форуме.

Минут через десять дверь открылась снова, потом ещё раз, и ещё. Боец у входа встречал каждого одинаково: преграждал дорогу плечом и вполголоса спрашивал, связан ли гость с Лигой. Гости кивали.

— Мне то же, что у него, — ткнул пальцем в кружку Тюленя очередной посетитель.

— А печенье какое? — донеслось с другого конца стойки.

Преобразователь на кухне щёлкал не переставая, Здоровяк дважды выносил новый противень, Боб едва успевал принимать заказы, а я — разносить кружки и забирать деньги.

Купюры я складывал под стойку и поначалу честно считал в уме: семь, ещё семь, девять… На третьем десятке я сбился и решил довериться Бобу. Один раз я поставил лимонад тому, кто просил какао, и Боб, не прерывая разговора с соседним клиентом, поменял кружки местами.

Через полчаса все восемь барных табуретов были заняты, и это притом, что один из них Лидер благоразумно освободил.

Под мысли о том, что дела у бара идут куда лучше, чем я ожидал, и мне точно стоит расширить количество мест за счёт столов (столика три-четыре в зал влезет точно, а это ещё минимум дюжина мест), я прислушивался к разговорам постояльцев.

Переместившиеся к музыкальному автомату Тюлень и Акулий Зуб как раз обсуждали, когда выйдет… кхм, сбежит Дементор. Обсуждали таким тоном, будто говорили о погоде. Автомат за их спинами играл свой морской вальс, и Тюлень, сам того не замечая, покачивался ему в такт.

Акулий Зуб ставил на то, что Дементор сбежит в эти выходные, и обязательно через канализацию.

— Они все через канализацию бегают, — стучал он пальцем по стеклу автомата.

Тюлень же был уверен, что Дементор уже сбежал, подкупив охранников.

— Ага, щас. Он чё, дурак, по трубам ползать?

Если Дементор и правда скоро окажется на свободе, а преобразователь у него, по его же мнению, увёл Драккен… Ну, это будут уже проблемы Драккена.

Всё это я мотал на ус, причём буквально поймал себя на том, что кручу накладной ус, который начал отклеиваться.

Пришлось экстренно бежать в туалет и подклеивать. Хорошо хоть Боб, заметив мой манёвр, успел на ходу сунуть мне в ладонь баночку с воском.

Когда я вернулся в бар, среди посетителей обнаружилось новое лицо. Как он прошёл мимо Бойца, я не заметил. В нелепом зелёном костюме с выпирающими пластиковыми колючками.

— Да я клянусь, мне поставили десять из десяти за мой злодейский смех, — доказывал этот клоун какому-то бедолаге у стойки. — Хо-хо-хо! — рассмеялся он смехом Санты. — У меня и имя под стать! Злобная Ель!

— Это Злодей? — тихо обратился я к Бобу, возвращаясь на своё рабочее место.

— Соискатель, — ответил Боб. — Неплохой смех, да?

Ну, десятку я бы за него точно не дал…

— Никому не ставят десятку за смех! — возразил собеседник Ели.

А мне поставили!

— Херня, — подошёл к ним Тюлень. — У нас на последнем деле кто-то в вентиляции выдал десять из десяти!

Я старался…