Когда он убирает рацию, я спрашиваю: — Как мы узнаем, сработало ли?

— Мы не услышим воя сирен, — отвечает мама.

Медленно мы спускаемся по лестнице, находясь в полной боевой готовности и реагируя на любое движение. Когда мы добираемся до коридора, который, кажется, тянется бесконечно, Ченс говорит: — Старайтесь не стрелять. Если можете вырубить противника тихо – делайте это.

Мы быстро бежим по коридору, прижимаясь к стене. Добравшись до какой-то двери, Ченс открывает ее.

— Сюда!

Мы все вваливаемся внутрь помещения, похожего на подсобку уборщика.

— Идеально. — Ченс берет комбинезон и надевает его. Он хватает швабру и ведро, затем смотрит на нас: — Я пойду первым. Если путь свободен, вернусь за вами.

— А если ты не вернешься? — спрашиваю я; мне совершенно не нравится эта затея. Мы должны держаться вместе.

— Тогда завершите задание.

Не успеваю я возразить, как Ченс уже выходит за дверь, притворяясь, что моет пол, пока изучает остальную часть коридора. Я держу дверь приоткрытой на пару сантиметров, чтобы не терять его из виду.

Когда впереди из комнаты выходят двое ученых, я задерживаю дыхание, не сводя глаз с Ченса. Кажется, они не обращают на него никакого внимания, и в тот самый миг, когда они проходят мимо, он подает мне какой-то знак.

— К нам идут двое ученых, — шепчу я маме и Рейз. — Думаю, Ченс хочет, чтобы мы вырубили их и забрали одежду.

Мама подходит, чтобы выглянуть в щель.

— Это будет просто.

Мы ждем, пока мужчина и женщина поравняются с нами, а затем я рывком распахиваю дверь. Мама хватает мужчину и втаскивает его в подсобку, пока я бросаюсь к женщине, которая оборачивается, чтобы посмотреть, что происходит. Ее лицо вытягивается от шока, и мне не приходится применять особую силу, чтобы схватить ее и затащить внутрь.

Я тут же понимаю, что нам нечем их связать, и начинаю нервничать.

— Снимайте халаты, — приказывает им мама. Мужчина и женщина стягивают лабораторные халаты и протягивают их нам. — И ваши ключ-карты.

Я беру один из халатов и надеваю его. Как только ключ-карты оказываются у мамы, она хватает бутылку со средством для мытья полов, выливает ее в раковину и наполняет водой.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я. — У нас нет на это времени.

Мама оборачивается и, спрятав пистолет за бутылкой, теперь наполненной водой, быстро дважды нажимает на спусковой крючок.

Я вскидываю руки, чтобы прикрыть рот, когда меня охватывает ужас от того, что два тела падают на пол.

— Идем! — внезапно рявкает Ченс в дверях. Он лишь мельком бросает взгляд на трупы. — Нам нужно двигаться.

Мама надевает второй халат и протягивает одну из ключ-карт Ченсу.

Рейз выталкивает меня из подсобки со словами: — Я просто притворюсь бесчувственной. Скажете, что ведете меня на анализы или типа того.

— Зачем ты убила их? — наконец удается выдавить мне. — Они были обычными гражданами.

— Людьми, которые могли закричать и поднять на уши весь чертов город, — бормочет мама. — Так было нужно.

В этом есть смысл, но правильным это не делает.

——————————

Когда мы наконец проникаем в лабораторию, у меня отвисает челюсть.

Повсюду стоит самое разнообразное оборудование, и я не знаю названия ни одного из этих приборов.

Посреди комнаты расположены четыре лабораторных стола, а в дальнем конце стоят пустые клетки, достаточно большие, чтобы вместить человека.

В остальном помещение пустует, и, не найдя ничего ценного, мы крадемся через комнату к другой двери.

Здесь пахнет такой чистотой, что, наверное, можно есть прямо с пола. Не то чтобы я собиралась. Просто случайное наблюдение.

Этот антисептический запах также напоминает мне об отце, и от этого сердце болезненно сжимается.

Честно говоря, я не знаю, как папа отреагирует, когда увидит нас или услышит о нашем плане. Надеюсь, он согласится и присоединится к нам добровольно.

Как только мы подходим к двери, она издает жужжащий звук, а затем открывается. Я замираю, как и мама с Рейз.

Ченс, напротив, бросается вперед, и когда в дверном проеме появляется мужчина и заходит в нашу комнату, Ченс хватает его и втаскивает глубже внутрь, позволяя двери захлопнуться.

Мужчина сопротивляется хватке Ченса на своей шее, и уже во второй раз я смотрю, как человек, которого я люблю, ломает кому-то шею.

Рейз помогает Ченсу снять с трупа лабораторный халат и забрать ключ-карту, после чего быстро накидывает халат на себя.

Не думаю, что это поможет. Никто из нас не похож на добродетельных граждан.

Ченс оттаскивает тело подальше от двери, а затем рация снова трещит: — Прием, Исаак.

— Похоже, сработало, — усмехается Рейз.

Ченс делает глубокий вдох и спокойным тоном произносит: — Все тихо.

Он убирает рацию, затем кивает в сторону двери.

— Когда мы ворвемся, времени на рукопашную может не остаться. Начнется полный хаос. Готовьтесь.