— И у него есть ты, — парировала она, склонив голову и глядя мне прямо в глаза. Немногие обладали достаточной силой для такого, и я восхищался ее искрой и огнем. Больше чем восхищался — я жаждал их. — Его сторожевой дракон. Просто слепо следующий приказам.

Пожав плечами, я решил сохранять дружелюбие.

— Зачем сражаться, если я согласен с его видением будущего? Как только его план будет реализован, я займу свое законное место лидера. Разумеется, с тобой рядом. Я обязан ему своим существованием и тем, что оно привело меня к тебе, Сладкая.

Она моргнула, словно не была уверена, что правильно меня расслышала.

— Сладкая? Серьезно? Ты даешь мне прозвище, будто мы старая женатая пара?

Я понятия не имел, почему это показалось ей смешным. Насколько я понимал, мы были больше, чем женаты — она была моей, — и Эмми рано или поздно это усвоит.

— Мы связанные истинные, — напомнил я, понизив голос. — И твой запах такой сладкий. Ты, конечно, не знаешь, но я был одержим медом с тех пор, как вылупился. В комплексе, до того как меня научили контролю, я сбегал и лазил по деревьям в поисках ульев. Очень символично, что моя истинная оказалась такой же сладкой, как этот нектар.

Ее губы на мгновение дрогнули, но затем она взяла себя в руки, и следующие слова прозвучали едва слышным шепотом:

— Я не знаю, как смогу простить тебя за то, что ты у меня отнял.

Чувство вины было мне так же знакомо, как и сексуальное желание, но, видимо, мне предстояло пройти ускоренный курс по обоим предметам.

— За то, что навязал связь?

Я не стал прикидываться дураком. Она уже говорила мне, как я причинил ей боль и почему мои действия были неправильными. В тот момент я не понимал, но я быстро учусь.

Того факта, что она моя, было недостаточно… Мне не следовало навязывать столь священную связь. Связь, которая была бы крепче, если бы она тоже выбрала меня.

Эмми снова вздохнула.

— Да. Ты отнял особенный момент у нас обоих. Если бы ты просто дал мне шанс узнать тебя получше, я могла бы сама выбрать связь с тобой.

Я почувствовал, как в груди что-то снова треснуло, и, черт… я бы в любой день предпочел физическую боль этим эмоциональным ударам.

— Прости.

Я никогда раньше не произносил этих двух слов, но сейчас говорил их совершенно искренне.

— Это был мой единственный шанс создать связь со своей парой по запаху, и я все испортил для нас обоих. Просто то, о чем просит меня Альфа, обычно служит моему же благу.

Она так долго и так пристально изучала меня, что я едва не отвел взгляд. Я никогда не разрывал зрительный контакт первым — мой дракон не позволял. Но с Эмми мы оба вели себя иначе.

— А ты никогда не думал, что, может быть, это служит его собственному благу? — наконец произнесла она, и это было еще одно утверждение, которое засело слишком глубоко в моем сознании.

Чтобы не дать своему внутреннему зверю разнести дом, мне нужно было на чем-то сосредоточиться. Я прочистил горло.

— Возьми расческу, — хрипло сказал я.

Она моргнула, а я наслаждался тем, что застал ее врасплох.

— Прости?

— Расческу, — повторил я. — Возьми, и я снова расчешу тебе волосы.

Это было одно из моих любимых воспоминаний о времени, проведенном вместе: ощущение ее шелковистых прядей между пальцами, медово-шоколадный аромат, окутывающий меня с каждым движением. Я слишком часто думал об этом, представляя, как эти роскошные волосы будут смотреться, намотанными на мой кулак, но сегодня причина была не в этом. Сегодня нам обоим нужно было заземлиться, и я знал, что это сработает.

Эмми оглядела комнату, словно прикидывая, что может случиться, если она окажется в пределах досягаемости.

— Хантер в своем кабинете, говорит по телефону, а здесь внизу камеры наблюдения, — предупредила она, сузив глаза. — У тебя будет не так много времени, чтобы держать меня в плену.

Я покачал головой и не смог сдержать улыбку. Она и вправду была чертовски очаровательна.

— Я не собираюсь держать тебя в плену. Я пытаюсь изменить историю наших отношений. Шаг за шагом, верно?

Судя по ее настороженному взгляду, Эмми не была убеждена, и моя улыбка померкла от разочарования, когда она поднялась на ноги и вышла из комнаты.

Но потом она вернулась.

Не прошло и десяти минут, как она уже стояла передо мной с черной расческой в руке.

Когда она подошла ближе, я замер так, что даже перестал дышать. Я скорее сверну себе шею, чем обману ее доверие этой ночью, и она поймет это, как только окажется в пределах досягаемости. Встав прямо перед решеткой, она протянула мне расческу, и я медленно взял ее.

Я насладился скольжением наших пальцев, вспоминая, какой мягкой и нежной она была на ощупь. Ее аромат был повсюду, и мои клыки заныли от желания вонзиться в нее снова. И снова. Пометить каждый дюйм ее идеальной кожи и объявить своей.

Желание, которое мне удалось сдержать, когда она одарила меня неуверенной улыбкой.