Примерно в центре грузового трюма, очередной раз переместив ведро с уже достаточно грязной водой, паренёк вдруг остановился. Именно в этом месте находилось зарешёченное отделение для пленников, которых иногда забирали с собой по указанию главы клана. Почему их содержали именно здесь, он не знал - вполне возможно, чем-то это было обусловлено, но сейчас хмурого и недовольного всем на свете паренька заинтересовало другое: за прутьями он увидел тело, лежащее лицом вверх. На груди у этого странного серокожего ксеноса располагался автодок - старый и непонятно каким образом вообще функционирующий медицинский агрегат. Однако судя по индикаторным лампам и мирному гудению, устройство работало и производило какие-то хирургические манипуляции с этим существом. Находился пленник недалеко, буквально в полуметре от металлической решётчатой калитки, и разглядеть его внешность в деталях не составляло никакого труда.

Дохля приблизился и с какой-то злой брезгливостью уставился на это существо, решив, что скорее всего старшие клановые братья взяли недавно кого-то в плен или в рабство и бросили сюда, чтобы подлечить, а затем использовать в качестве куска мяса, которое нужно будет убить в поединке тем, кто хочет стать настоящим мужчиной. Подобное иногда случалось, и полукровка неоднократно становился свидетелем таких боёв, втайне мечтая когда-нибудь, повзрослев и окрепнув, также пройти через это испытание и собственноручно зарезать какого-нибудь никчёмного слабака, который позволил взять себя в плен. В глубине души он верил, что когда-нибудь всё-таки сможет стать сильнее и получит вожделенное признание от главы. Однако пока, несмотря на то что геном гахарцев, как правило, позволял производить на свет достаточно близких к исходному виду потомков от женщин других рас, надежды не оправдывались. С Дохлей это почему-то не сработало. Колнианка, произведшая его на свет, - будь трижды проклято её гнилое лоно! - каким-то непостижимым образом смогла передать своему ребёнку гораздо меньше от отца, чем от себя самой, приведя в этот мир такое ничтожество.

Уборщик внимательно осмотрел лицо пленника, на голове которого не росло ни единого волоска, и на ней можно было увидеть лишь несколько странных рисунков. Однако одного у бесчувственного чужака нельзя было отнять - телосложение. Оно у ксеноса оказалось вполне крепким, что сразу же вызвало лютую зависть у паренька, и он смачно плюнул в лицо этому серокожему существу. Попал, хотя он и не сомневался, что будет именно так. Уж чего-чего, а этот сомнительный навык он за пятнадцать циклов своей жизни прокачал весьма неплохо. Слюна потекла по щеке заключенного, но судя по всему он находился в бессознательном состоянии, потому что никак не отреагировал на выходку Дохли. Это ещё сильнее разозлило паренька, и он принялся колдовать над застёжками своего убогого комбинезона, собственноручно перешитого им из чьих-то выслуживших свой срок обносков.

- Мерзкий ублюдок! - распаляя сам себя, прорычал паренёк, доставая половой орган и направляя его в сторону узника.

Тонкая струя мочи вырвалась наружу и ожидаемо попала в цель – с такого расстояния промахнуться было невозможно. Дохля старательно направлял поток, пытаясь сделать так, чтобы зловонная жижа затекала в нос и слегка полуоткрытый рот пленника. И своего он добился. Лежащий без движения ксенос вдруг дёрнулся, его странные веки пришли в движение, руки согнулись и ухватились за боковые панели автодока. Индикаторы на нём тут же изменили свой цвет, став из синих и зелёных красными. Видимо, закашлявшись, пациент архаичного прибора каким-то образом нанёс себе дополнительный вред, о чём и сигнализировало подключенное к нему устройство. На изумлённом лице чужака на мгновение отразился испуг и непонимание происходящего, однако он быстро прошёл, и голова ксеноса откинулась на палубу. Только вот его немного пугающий взгляд успел зафиксировать оголенные причиндалы стоящего за решёткой Дохли, заставив того поспешно спрятать своё хозяйство за тканью комбинезона.

- Где я? И что происходит? - слабым голосом пробормотал сибурианец. - Что это на мне такое?

- Заткнись, падаль! Я не разрешал тебе открывать свой поганый рот, пока тебя не спросят или не прикажут. И вообще, ты должен стоять на коленях, когда разговариваешь с гахарцем! - взвизгнул полукровка.

Пленник замолчал, внимательно осматривая тщедушного паренька.

- Первый раз слышу про каких-то там гахарцев. И если вы все такие, как ты, то жить вам осталось недолго.

Услышав подобный ответ, Дохля чуть было не задохнулся от нахлынувшей на него бессильной злобы, потому что он прекрасно понимал: кроме того, как сквернословить, в данной ситуации он не только ничего не может, но и не имеет на это права. Однако в глубине души он мечтал стать полноценным воином и не мог позволить, чтобы какой-то серокожий ублюдок без рода и племени так с ним разговаривал. Поэтому он мстительно пообещал:

- Я сделаю всё, чтобы ты сдох как можно быстрее, чужак. И если мне позволят лично прикончить тебя, я сделаю это с удовольствием.

- Попробуй, - мрачно ответил лежащий на палубе ксенос и замолчал, однако его постоянно находящиеся в движении веки внимательно следили за существом, стоящим с другой стороны решетки.