Но в квантовой механике ученые лишь начинали изучать возможность того, что время способно течь в обе стороны. На квантовом уровне привычные законы Вселенной переставали действовать, а субатомные частицы вели себя странно — в том числе будто перескакивали назад и вперед во времени. Но Кендра не существовала на квантовом уровне. Она была человеком, а не субатомной частицей. Ей полагалось оставаться в мире, подчиненном обычным законам природы, а не оказаться заброшенной в прошлое, где поездка через Англию занимала четыре чертовых дня.

Она родилась в самом конце двадцатого века. Испытательный полет Чака Йегера, впервые преодолевшего звуковой барьер на скорости свыше шестисот шестидесяти двух миль в час, к тому времени уже десятилетиями принадлежал истории. Когда Кендра окончила Принстон и стала специальным агентом ФБР, это достижение казалось почти древностью на фоне военных самолетов, которые привычно разгонялись быстрее трех Махов — до двух тысяч двухсот восьмидесяти миль в час. В ее эпоху время было самым ценным ресурсом. Миллиардные индустрии возникали ради того, чтобы сэкономить секунду здесь, минуту там: микроволновки, автомобили, сообщения, Интернет. В двадцать первом веке скорость была столь же естественна, как дыхание.

Кендра глубоко вдохнула, задержала дыхание и медленно выдохнула. Ее взгляд вернулся к окну, затянутому туманом. Желудок неприятно сжался.

Это не мой мир.

Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. В своем мире Кендра была самым молодым человеком, когда-либо принятым в ФБР. В Управлении по борьбе с киберпреступностью заинтересовались ее техническими навыками. Амбиции со временем привели ее в отдел поведенческих наук, где ей удалось построить карьеру криминального профайлера. Она была счастлива… хотя нет, счастлива — наверное, не то слово, признала Кендра. Но в своей работе она была чертовски хороша. А потом ее жизнь пошла наперекосяк.

Шрамы на теле начали ныть, гореть и чесаться. Психосоматическая реакция, была уверена Кендра, на воспоминание о пулевых ранениях и почти случившейся смерти. Горячая горечь подступила к горлу, когда она подумала о человеке, из-за которого получила эти раны и потеряла половину своей оперативной группы. Сэр Джереми Грин. Британский миллиардер обладал всеми внешними признаками респектабельности. Но стоило лишь соскрести блестящий верхний слой — и под ним обнаруживались грязь и мерзость. Нелегальные наркотики, контрабанда оружия, торговля людьми — сэр Джереми успел запустить свои костлявые пальцы во множество отвратительных дел.

Может, именно тогда ее жизнь и сорвалась с рельсов? В тот момент Кендра знала лишь одно: она не могла принять сделку, которую правительство заключило с сэром Джереми, позволив ему сохранить свободу и роскошную жизнь в обмен на ценную информацию о еще более мерзких сообщниках. Такие сделки заключались постоянно. Кендра не была наивной.

Но если бы во время операции по задержанию этого ублюдка не погибли ее товарищи, смогла бы она закрыть глаза? Просто жить дальше?

Господи, она не знала.

Но задним умом уже ничего не изменишь. Она не отвернулась. Она решила устранить сэра Джереми. Принцип «око за око» казался ей слишком ветхозаветным. Кендра предпочитала называть это правосудием.

Она все продумала — тщательно, до мелочей. Но откуда ей было знать, что преступные партнеры сэра Джереми тоже начали его подозревать и наняли киллера, чтобы проделать дыру в груди этого мерзавца? Кендра бы не возражала, если бы в тот момент находилась в своей квартире в Вирджинии, а не стояла в комнате, куда сэр Джереми как раз входил. Даже сейчас, больше двух месяцев спустя, она ощущала нервный электрический разряд адреналина в крови. Эйдетической памятью она не обладала, но для этого события она и не требовалась. Картина навсегда застыла в сознании с беспощадной четкостью.

Она все еще слышала раздраженный, резкий голос сэра Джереми в коридоре и видела его, когда распахнулась дверь. Блеск серебристых волос. Аристократический профиль. Как и все гости костюмированного бала в замке Элдридж, он был одет в наряд девятнадцатого века. По спине Кендры пробежал холодок, когда она вспомнила звук — приглушенное пфф, — после которого изменилось все. В следующую секунду сэр Джереми уже валился в комнату, а его прежде белоснежная рубашка расцветала багровым пятном. Кендра словно снова почувствовала в воздухе сырой металлический запах крови.

От шока она не могла пошевелиться. И это она тоже помнила — бесконечное мгновение, растянувшееся, как резиновая лента. Убийца вошел в комнату, и его темные, холодные глаза встретились с ее взглядом. Не колеблясь, он поднял пистолет с удлиненным глушителем стволом.

А вот здесь память подводила ее. Кендра не помнила самого движения, когда убийца выстрелил. Помнила лишь новое смертоносное пфф, китайскую вазу, разлетевшуюся на миллион осколков рядом с ней, и то, как она отчаянно нырнула в тайную дверь кабинета. В голове билась единственная мысль: добраться до лестницы, которой больше тысячи лет пользовались обитатели замка, спасаясь от религиозных и политических преследователей.