— Довольно занятно, — сказал Стюарт, — но какое отношение всё это имеет ко мне?

— Позволь продолжить, — сказала Рэй Клэр. — Похитители действуют очень ловко и почти не оставили улик. Практически ни одной. Американская и французская разведка ничего не нашли. Мы полагаем, что всех троих вывезли из Франции и где-то держат в заложниках. Пока главная версия — Северная Африка.

— То есть район поисков — всего-то бог знает сколько квадратных миль, — заметил Уэбб.

— Где бы они ни находились, поисково-спасательная операция невозможна без гораздо более точных разведданных. Полагаем, похитители хорошо вооружены, обучены и образованны. Главарь или по крайней мере тот, кто ведёт переговоры, свободно говорит по-французски и отлично по-английски, хотя оба языка для него неродные.

— А родной какой?

— Арабский. По акценту, вероятно, из Туниса или Алжира.

— Можно спросить, откуда вам это известно?

— Объясним позже. Пока потерпи.

Стюарт покачал головой и закрыл глаза. Рэй Клэр и Уэбб тревожно переглянулись.

Он открыл глаза, посмотрел на часы:

— Продолжайте.

— Мы планируем операцию, чтобы внедриться в банду или хотя бы найти её. Нам нужны жених и невеста. Разумеется, ежегодно в Париже проводят медовый месяц сотни пар, но использовать их нельзя. Нужны подготовленные специалисты.

— А вы оба смотрите на меня.

— План такой: подставить пару, настолько привлекательную для банды, что они решат её захватить. Разумеется, мы будем следить с помощью всех имеющихся средств. Заплатим выкуп, освободим невесту, а потом проследим, куда увезут жениха. Если повезёт, он окажется рядом с Шенгеном, Снайдером и Таннером. Тогда спасём их всех.

Стюарт покачал головой:

— Шансы, похоже, невелики. Очень невелики.

— Возможно. Но Шенген пропал три года назад, и у нас до сих пор нет ни одной зацепки. До известной степени это шаг отчаяния.

— И опасность.

— Ещё какая.

— Откуда вы знаете, что этих ребят не убили, а тела не выбросили в океан?

— Резонный вопрос. Через два месяца после похищения Шенгена его жена получила видео: он говорил в камеру и назвал дату, причём верную. Через три месяца после исчезновения Снайдера случилось то же самое. От Таннера пока никаких вестей.

— Значит, их не просто похитили, но и до сих пор держат в заложниках?

— Мы так считаем.

Стюарт посмотрел на Уэбба:

— Почти всё говорит она. А ты здесь при чём? Кто главный? И хватит уже этого вашего «мы».

Уэбб кивнул на Рэй Клэр:

— Она невеста, она и командует. Операция её. Я — член команды.

Стюарт посмотрел сначала на него, потом на неё и задумался.

— Так. Насколько помню, в нашей стране семнадцать разведывательных ведомств, и это только официально уполномоченные и финансируемые Конгрессом. Верно?

Рэй Клэр кивнула:

— Кажется, семнадцать.

— А сколько ещё тайных контор действует без отчётности — неважно. Насколько я знаю, единственное ведомство, уполномоченное вести тайные операции за границей, — ЦРУ. Не может ли оказаться, что ваше загадочное «мы» и есть ЦРУ? Знаю, знаю, по вашим правилам нельзя сообщать, на кого вы на самом деле работаете. Но если не получу ответов, я уже почти готов выйти вон.

Позже оба агента, разбирая встречу, согласятся: именно в этот момент они поняли, что выбрали правильного человека.

— Мы оба из ЦРУ, — сказала Рэй Клэр. — Работаем под прикрытием в других государственных учреждениях.

— Ну, раз уж мы это раскрыли, — подхватил Уэбб, — пора серьёзно поговорить о конфиденциальности. Нам нужно твоё обязательство держать этот разговор в полной тайне. Этого разговора никогда не было.

— Поклясться на Библии? Подписать договор? Дать честное бойскаутское?

— Всё перечисленное, — ответила Рэй Клэр.

— Пообещать могу что угодно, но как вы намерены добиваться соблюдения обещания?

Уэбб и Рэй Клэр переглянулись.

— Не отвечайте, — сказал Стюарт. — У меня хватает ума не ссориться с ЦРУ. Да, разговор останется тайной, на это согласен. Но больше ни на что пока не подписывался. Вам ещё долго меня убеждать, и чем больше вы говорите, тем больше у меня вопросов.

— И следующий вопрос? — спросила она.

Стюарт глубоко вздохнул, огляделся, посмотрел на три лица на экране:

— Эти ребята. Есть догадки, почему выбрали именно их?

— Некоторые есть, — сказала Рэй Клэр. — Все трое юристы на федеральной службе. Таннер работает в Министерстве юстиции, здесь, в столице. Снайдер служил в прокуратуре США в Тампе. Шенген работал в таможне в Портленде. И все трое в прошлом военные.

— Больше похоже на закономерность, чем на совпадение. Почему Париж?

— Там больше американских туристов, чем где-либо ещё, и это самое популярное место для свадебных путешествий. Молодожёны едут туда толпами.