Он вывел меня на оживлённые улицы Французского квартала. С приближением сумерек народу стало ещё больше, а под крышами загорелись праздничные гирлянды. Прежде толпа казалась мне весёлой. Теперь опасной. Люк мог быть где угодно: выйти из-за любой смеющейся, подвыпившей парочки и схватить меня. Я с тревогой смотрела на заходящее солнце. Скоро Ноа уснёт своим вечерним сном, и я останусь наедине с Делилой. А где-то в городе меня будет искать Люк.

Выдохнуть я смогла, только когда мы снова оказались в безопасности — в такси, которое везло нас обратно в Гарден-дистрикт.

— Расскажи, что случилось, Джекки, — негромко попросил Ноа, вглядываясь в меня всё ещё синими глазами.

— Меня преследуют, — сказала я. — За мной кто-то идёт по пятам. Ещё с Колорадо.

Он задумчиво посмотрел на меня.

— Ты ведь говорила, что это пустяки?

Я поморщилась.

— Ну, я так и думала. Считала, что оторвалась от него ещё в Миссисипи. — Сложив руки на коленях, я уставилась на них. — К тому же мне не хотелось, чтобы ты о нём знал, — пробормотала я себе под нос.

— Что ты сказала в конце?

— Мне не хотелось, чтобы ты о нём знал, — громче повторила я. — Иногда ты бываешь ревнивым. Я не хотела рассказывать, потому что сама от всего этого не в восторге. Понятно?

В машине повисло неловкое молчание. Ноа сердито сжал губы.

— Он был с тобой в гостиничном номере. В Оклахоме.

— Да. — Я съёжилась, когда Ноа отвернулся, и на его щеке дёрнулся мускул. — Но между нами ничего не было, Ноа. Помнишь, как я мучилась от боли, когда ты чуть позже меня нашёл? — Я осторожно коснулась его руки, пытаясь успокоить. — Думаю, он просто пытался помочь. Каким-то своим странным способом.

Ноа снова посмотрел на меня.

— Тогда почему мы от него убегаем?

— Потому что я ехала сюда с ним. А сбежала, когда узнала, что в Новый Орлеан он меня везти вовсе не собирается. — От воспоминания меня передёрнуло.

— Что он собирался с тобой сделать? — Голос Ноа был холодным, злым. Даже убийственным.

— Не знаю. Я не стала дожидаться, чтобы выяснить.

Он выдохнул и накрыл мою ладонь своей.

— Поговорим с Делилой, узнаем, что она думает. Даже если он не вампир и не серим, это ещё не значит, что он не опасен. Колдуны тоже люди.

Что ж, наверное, полезно знать.

Вернувшись домой к Делиле, мы обнаружили её всё перед тем же алтарём — с виду такую юную. После нашего ухода она откинула старомодный ковёр и начертила вокруг себя на деревянном полу всевозможные символы белым мелом. У меня на руках встали дыбом волоски, но я всё-таки вошла в комнату следом за Ноа. Делила уже не пела заклинаний. Когда мы вошли, она повернулась к нам с серьёзным лицом.

— Садитесь, — велела она, указав на диван. Я плюхнулась на сиденье. Ноа тоже сел, хотя куда изящнее.

Глаза Делилы потемнели от Зуда до синевы. Хмурясь, она внимательно осмотрела меня с головы до ног.

— Лоа мало рассказали о твоём проклятии, — произнесла она, всё ещё изучая меня. Окинув меня последним взглядом, Делила отвернулась к алтарю, где среди ароматических палочек и свечей стояли маленькие фигурки и куклы. Над ними возвышалась статуэтка девы Марии, с благословением простиравшей руки над всем алтарём. У меня на глазах Делила погасила пальцами одну из свечей. — Они говорят, что проклятие наложил тот, кто тебя знает.

Ну да, вот уж открытие. Не так уж много людей проклинают незнакомцев просто по приколу.

— А что ещё они говорят? — Хотелось добавить: «Что-нибудь полезное?», но я придержала язык.

— Проклятие наложили не на тебя. — Она встретилась со мной взглядом, и на ее губах снова появилась лёгкая усмешка. — Как я и думала, тебе его передал кто-то другой.

— Но как?

Усмешка Делилы стала шире.

— Уж догадаться-то ты можешь. Мне ведь не придётся объяснять тебе такие вещи?

Половое просвещение от суккуба к суккубу? Я прищурилась.

— Спасибо, но от лекции воздержусь. И я не это имела в виду. Проклятие появилось, когда я ещё была в Нью-Сити. За несколько дней до всего этого. — Я обвела рукой гостиную. — Так что не понимаю, как всё сходится.

— Неужели?

Ноа странно посмотрел на меня.

— Джекки, ты нарочно не хочешь понимать?

— Нет. — Я нахмурилась. — Если проклятие передалось мне в Нью-Сити, тогда меня касались только ты и Зейн. И ни один из вас не стал бы так со мной поступать.

Делила взяла что-то с алтаря и протянула мне на раскрытой ладони.

— Держи.

Я сморщила нос, принимая её подарок. Несколько длинных светлых волосков.

— Э-э… спасибо?

Она раздражённо посмотрела на меня и показала жестом.

— Положи их на раскрытую ладонь.

Я послушалась.

— Я правда не понимаю…

— Это волосы Ноа, — перебила она. Взяв с алтаря небольшой пузырёк, Делила вытащила пробку. До меня донёсся слабый травяной запах. — Это масло, специально благословлённое лоа. Оно покажет, касалось ли когда-нибудь Ноа проклятие. — Ухватив меня за кончики пальцев, чтобы я не дёрнулась, она сбрызнула маслом волосы на моей ладони.

Ничего.

Я подавила желание вытереть руку.

— И что теперь, когда мы их полили? За ночь вырастет новый Ноа, что ли?