— Зачем ты здесь? — я смотрю на Марину, впервые даже не пытаясь скрыть отвращение. — И где твой отец? — Не могу понять, ранены ли Оскар, Ээро и Мерил — лунный свет играет с тенями. Я отказываюсь смотреть на Лозен.

— Спит после попойки, полагаю, — отвечает за неё Ярек. — Он будет не в восторге от твоих дел. Я могу смягчить удар, если скажешь, где Сальватора.

Далеко, надеюсь. Беги, Сэл.

— В последний раз я видела её в подвале часовни.

— Довольно, — обрывает Ярек. — Лозен, отведи этих троих к колодкам. А для Роуз у меня особые планы.

Сердце падает в пятки. Это моя вина. Я решила отступить от плана, и теперь всё провалилось. Мерил, Ээро и Оскар не смотрят мне в глаза. Представляю, как они в ярости, и не могу их винить. Наш единственный шанс, и я всё испортила. Лучше бы я сэкономила всем время и сама наткнулась на меч Лозен.

Она пытается поймать мой взгляд, и когда ей это удается, она качает головой. Я должна играть свою роль. Доверься мне, — говорит её выражение лица.

Жаль, что с доверием покончено. Я бы хотела убить её одним взглядом.

Марина пронзительно хохочет, отвлекая меня от мыслей.

— Особые планы для Роуз? Почему бы тебе не назвать вещи своими именами? Мы собираемся провести над ней Жатву, так? — В её глазах больной блеск.

Даже в столь ужасных обстоятельствах я наслаждаюсь удовлетворением от её слов. Марина не знает, что Ярек хочет оставить меня, потому что я напоминаю ему мать. Он манипулировал всеми нами, даже теми, кто думает, что на его стороне.

— Как мило, что ты сможешь присоединиться к своему брату на Небесах, Роуз, — продолжает Марина. Она издевается, её красивое лицо искажено, как скомканная ткань. — Раз уж ты не задержишься среди нас надолго, я, пожалуй, признаюсь. — Она хлопает ресницами. — Боюсь, именно я виновата в том, что Джонас был принесен в Жатву. Я не могла выйти за такого клоуна. Постоянно смеется, шутит, как будто он лучше нас. А это изготовление игрушек? Фу. — Её ухмылка становится омерзительной. — Когда я застукала его в сейфе, я сразу пошла к Яреку. Кто-то должен был ответить за убийство твоей мамы, когда она узнала о Звере, так что… — она машет рукой в сторону Врат Эдема. — Пока-пока, Джонас.

Я бросаюсь на неё. Лео бросается на меня, но недооценивает мою ярость. Я вырываюсь и бью снизу вверх, находя уязвимое место под дельтовидной мышцей. С рыком ярости я выворачиваю его руку вверх и назад. Влажный хруст вывиха становится музыкой для моих ушей. Моё темное наслаждение длится недолго — остальные Стражи наваливаются на меня, прижимая к земле, пока холодные пальцы Ярека не находят точки на моей шее.

Я падаю, временно парализованная. Страж подходит и заковывает мои руки и ноги в кандалы. Когда это Дом Кузнецов успел выковать эти оковы?

Ярек вытирает руки о брюки, будто прикосновение ко мне было отвратительным.

— Роуз не пойдет на Жатву, дура, — холодно говорит он Марине. — Мы будем держать её в надежном месте. Её навыки нам пригодятся.

Марина молчит. Она смотрит на меня не мигая, её глаза расширены. То, что она только что увидела во мне, привело её в ужас.

Ярек пинает меня ногой.

— Я предпочел бы, чтобы ты присоединилась к нам добровольно. К сожалению, ты всё время сопротивляешься. Ничего. Я терпелив. — Он улыбается, обнажая два острых клыка. — Ты дорога мне, Роуз.

Ярость, охватившая меня, утихает вместе с действием захвата Ярека. Я могу шевелить пальцами и говорить.

— Ты не можешь подвергать наш народ опасности Мира За пределами. Это слишком рискованно.

— Ты не владеешь той же информацией, что и я, — говорит Ярек, глядя куда-то мимо меня. — Альберт, не хочешь присоединиться?

У меня пересыхает во рту, когда Альберт выезжает из леса в своем инвалидном кресле. Он бросает взгляд на Марину, его выражение полно открытой надежды. Она его игнорирует.

— Похоже, бедняга Альберт прятался с тех пор, как мать пыталась принести его в Жатву, — говорит Ярек. — Но он успел ускользнуть, прежде чем Реата и Мари поднялись в корзине. Он предложил помочь нам воссоздать яд, чтобы у нас была защита от этого Зверя. Конечно, с твоей помощью, Роуз, всё-таки зелья — не его специализация. Он настоящий герой Долины.

Альберт смотрит на меня, явно беспокоясь, что я опровергну его ложь и признаюсь, что все три Аптекаря всё это время жили за Стеной. Но я не подпишу смертный приговор Реате и Мари.

— Альберт не знал, кому доверять после побега, — продолжает Ярек, — поэтому он пошел к Хранителю Записей.

Бедный влюбленный Альберт, должно быть, пытался высмотреть Марину. Его глупость погубит нас всех.

— У Дэвида хватило ума привести его ко мне. Альберт готов вернуться в деревню и помочь нам начать новую эру. Его служба станет наказанием за преступление. — Острые клыки Ярека снова появляются, но на этот раз с выражением истинной боли. — Он признался, что именно он принес в Жатву твою мать. Это произошло весьма необычным способом, с помощью оружия времен до постройки Стены.