— К тому же, — добавила Картер, — мы знаем, что она умеет врать и не краснеть. Она запросто выкрутится так, будто остаётся абсолютно ни при чём. Скажет, например, что спала всю ночь, и откуда ей было знать, что муж испарился посреди ночи?

Бек нахмурился:

— Почему на теле не осталось больше ДНК?

— Алисия грызла ногти, — сказала Сиерра. — Даже если она отбивалась, её ногти были слишком короткими, так что под ними ничего не осталось. А убийца надел перчатки, чтобы его ДНК не попала ей в рот.

— А это что? — спросил Ади, поднимая фото с коротким рукописным текстом. — Я сначала подумал, что у нас тут две разные фотографии предсмертной записки.

— О, извини, — смутилась Картер. — Это снимок, который я сделала в гримёрке перед раундом с подлянками. Текст был написан на обороте фотографии. Я подумала, что мы сможем использовать его для сравнения почерка в предсмертной записке.

— Отличная идея, — похвалил Бек. — Раниэль либо заставила Луиса написать записку под угрозой, либо подделала её. Было бы круто, если бы у нас был способ доказать это полиции.

Они сгрудились вокруг двух фотографий:

Это только начало. — Луис

Я убил Алисию. Не могу больше жить с этой виной. Пожалуйста, попросите прощения у моих фанатов и всех, кому я причинил боль. Скажите Рани, что я её люблю.

— Никому больше не кажется, что с предсмертной запиской что-то не так? — спросил Ади.

— Начиная с того факта, что он не совершал самоубийства? — фыркнула Сиерра. — Или с того, что он признался в убийстве, которого, мы уверены, он не совершал?

— Я имею в виду, да. Но тут есть кое-что ещё… — Ади склонил голову набок.

— Как насчёт фразы «Скажите Рани, что я её люблю»? — предположил Бек. — Звучит как-то слишком наигранно и с издевкой.

— Да, может, дело в этом, — неуверенно пробормотал Ади.

— У него был очень характерный почерк, — добавил Бек, размышляя о том, облегчает ли уникальность почерка его подделку или усложняет. — Мне нравится, как он выводит буквы «у» и «д». — Он ткнул пальцем в букву «д» в слове «деле», с её пышным, закрученным хвостиком.

— Ага, — согласилась Картер. — Он однажды ответил на моё фанатское письмо. Я посчитала его почерк настолько изысканным, что даже пыталась подражать ему — правда, красивый курсив мне никогда не давался. — На её лицо набежала тень. — Это была всего лишь открытка, но тогда она значила для меня очень много.

Сиерра обняла Картер за плечи и слегка сжала.

— Часть меня жалеет, что я вообще узнала об этой интрижке, — призналась Картер. — Что я больше не могу думать о нём просто как о Гейм-мастере. — Ее брови сдвинулись, когда она уставилась на предсмертную записку. — Погодите, — прошептала она. — Погодите-ка…

Рука Сиерры соскользнула с её плеча, когда Картер подхватила две фотографии — оборот снимка из гримёрки и предсмертную записку.

— Буквы «д», — прошептала она. — Бек! Ты прав!

Он моргнул:

— Я?

— Дайте мне секунду! — Схватив телефон, Картер выскочила из комнаты, уже набирая номер. — Да, пап? Мне нужна твоя огромная помощь. У меня в спальне лежит открытка…

Не прошло и минуты, как Картер влетела обратно в номер.

— Буквы «д»! — закричала она, с маху роняя телефон на кровать. На экране было фото обратной стороны открытки, исписанной уже знакомым почерком.

Картер Келли — Спасибо за интересную головоломку. Продолжай в том же духе! — Луис

Ади скривился:

— И всё? Это всё, что он написал?

Картер пихнула его в плечо:

— Заткнись! Он был… был занятым человеком! Но посмотри! Посмотри на буквы «д»!

Разница бросалась в глаза мгновенно. Хвостик буквы «д» на открытке закручивался совершенно иначе, чем на подписи к фотографии.

— И что? — настороженно оглядел её Ади. — Люди иногда меняют почерк, особенно те, кто гордится…

— Вот именно! — перебила Картер. Она ткнула пальцем сначала в фотографию, затем в открытку. — Где-то между первым сезоном, когда он подписал это фото, и третьим сезоном, когда прислал мне открытку, он изменил свой стиль письма! Но в предсмертной записке использованы старые буквы «д»! — На её лице расплылась ликующая улыбка. — Это доказательство того, что записка поддельная! А если она поддельная…

— То и признание не имеет никакой силы, — закончил Бек.

— И теперь, — подхватил Ади, — полиция знает, что Раниэль лгала про алиби, а значит, Луис тоже лгал, что делает её главной подозреваемой по обоим делам!

— И у нас есть сразу два мотива в придачу, — подытожила Сиерра. — Доказательство того, что Алисия и Луис спали вместе, и что она шантажировала Раниэль.

— Мы просто гении! — воскликнула Картер. — Я так и знала, что сделала то фото не просто так!

— И что теперь? — спросил Бек. — Мы идём в полицию, да?

— Нет, — отрезала Сиерра. — Мы идём к Раниэль.

Ликующее настроение в комнате мгновенно испарилось.

— Ты ведь не серьёзно? — нахмурился Ади. — В прошлый раз, когда мы рванули за потенциальным убийцей, мы нашли труп Луиса.