Уайатт распахнул дверь, подождал, пока Джордж проползёт мимо, и вошёл. На нём были чёрные джоггеры и самая тесная в мире белая футболка, а на одном плече висел рюкзак.

Он ухмыльнулся мне; изумрудные глаза засияли, когда он окинул взглядом мою шёлковую майку и крошечные пижамные шорты.

— Хит лучше меня, детка. Если бы меня пригласили сюда, я ни за что не смог бы остаться зверем и спать где-то, кроме твоей кровати, особенно когда ты выглядишь вот так.

Моя тигрица приосанилась. Я изо всех сил сохраняла невозмутимость, хотя от мысли о голом Уайатте, прижавшемся ко мне в постели — пусть даже лишь для того, чтобы обнимать во сне, — всё тело покалывало. Я прищурилась.

— Ты пришёл забрать своего бесстрашного лидера?

— Да, но ещё хотел поговорить с тобой. — Он посерьёзнел и полез в рюкзак. Бросил Хиту шорты и футболку. — Обращайся и одевайся, дружище.

Хит раздражённо зарычал, затем встал и встряхнул песочно-светлой шерстью. В последний раз ткнулся мне в руку, выпрашивая ласку, которую я ему подарила, а потом его тело превратилось в голого мужчину: загорелая кожа, туго обтягивающая крепкие, рельефные мышцы.

Он зевнул и провёл пальцами по растрёпанным волосам. Я откровенно на него пялилась, хотя проявила достаточно скромности, чтобы не опускать взгляд ниже пояса. Он мне подмигнул, затем отвернулся и натянул шорты, тем самым открыв вид на свою задницу — достойную первого приза.

Моя зверюга с живым интересом дёрнула хвостом.

Знаю. Я больше даже спорить с тобой не буду.

— Доброе утро, Убийца, — сказал Хит, снова повернувшись ко мне и натягивая футболку. — Выспалась? Чувствуешь себя отдохнувшей?

— Вроде бы. — Я вытянула руки над головой и сделала вид, будто всё тело не вспыхнуло жаром, когда оба мужчины уставились на полоску живота, показавшуюся из-под майки. — Я привыкла к ночным патрулям, Хит. Хожу в них с четырнадцати лет.

— Не напоминай, — прорычал он.

— Но вчера было тяжело, — добавила я. — Признаю. Убивать рейфов, забредающих в городские кварталы перевёртышей, — совсем не то же самое, что встречать их прямо у разрывов здесь.

— На этот цикл нашей зоне уже присвоили красный код, — сказал Уайатт. — Отец сообщил. Стражи думают прислать сегодня, в Новолуние, подкрепление из числа действующих бойцов, а не стажёров. Может стать жарко.

От этой мысли во мне зашевелилось нервное возбуждение.

Я наконец-то это делаю.

— Что нового от Уорда? — спросил Хит, многозначительно взглянув на Уайатта.

— Об этом я и пришёл поговорить, Дикая кошечка. — Он сел рядом на кровать и обхватил большой ладонью моё бедро. — Утром мы с Эйденом ходили к отцу. Подробно рассказали, что пытался сделать Кэш, и заявили: если отец не исключит Кэша с его квадом из программы, мы уйдём.

— Что? — недоверчиво спросила я. — Вы бы ушли из Стражей?

Он кивнул.

— Мы знаем, что тебе важно стать Стражем, детка, но оно не стоит той опасности, которой тебя подвергают наши же грёбаные инструкторы. Решили, что можем всей компанией переехать в твой район и убивать рейфов на улицах. С нами рядом тебе будет безопаснее, даже если мы не станем Стражами.

Я ошеломлённо моргнула, затем посмотрела на Хита.

— Ты это одобрил?

Он пожал плечами.

— Все проголосовали единогласно.

Уайатт сжал моё бедро.

— Но до этого не дойдёт, потому что отцу наконец надоело. Кэш и его квад исключены. К сожалению, не из Стражей, но из учебной программы. Он найдёт кого-нибудь другого, кто возглавит её в колледже.

— А что насчёт выездов в следующие две ночи? — спросил Хит.

— Как вы знаете, нужны все свободные руки, — ответил Уайатт. — Но отец постарается проследить, чтобы наши звенья отправили в разные концы зоны.

Я махнула рукой.

— Кэш меня не пугает. Я рада, что весь выпускной курс мне не придётся постоянно оглядываться, но ненавижу, что это оказалось необходимо. Вступая в Стражи, я собиралась самостоятельно разбираться с подобным дерьмом.

Хит опустился передо мной на колени и обхватил ладонями мои икры. Я подавила дрожь. Прикосновения его и Уайатта к коже были подобны погружению в горячую ванну. Хит смотрел на меня с привычной пристальностью; его карие с зеленью глаза смягчились. — Позволь нам заботиться о тебе, прошу, Убийца. Тебе не придётся проходить через всё это одной. Никогда.

— Когда речь о твоей безопасности, мы, блядь, не шутим, детка, — добавил Уайатт. — И не думаю, что ты стала бы шутить с нашей.

— Нет, — прорычала я; зверь показался раньше, чем я успела его остановить. — Не стала бы.

— Рад это слышать, — мягко сказал Хит. Его ладонь начала медленно подниматься по моей ноге к внутренней стороне бедра. — Потому что для нас нет ничего на свете важнее тебя.

Уайатт, как всегда самый бесстыдный и нахальный из всех, скользнул под мои шорты той рукой, которую уже держал на бедре, и принялся дразнить кожу у кромки трусиков. Его губы приблизились к моему уху.

— Ты позволишь нам позаботиться о тебе, Дикая кошечка?