Блондинистый наг и парочка рыжих хмурились и всё ещё не могли простить себе того, что позволили так глупо себя опоить. Утром Шайш заглянул в апартаменты наагасаха и принёс мне платье из моей комнаты. Он явно не выбирал, поэтому я была в дорожном платье коричневого цвета.

Дарилла, сидевшая между мной и Риоланой, больше смотрела на нагов, чем в свою тарелку. Любопытство и страх забавно смешались на её полудетском личике. Неудивительно, что Шайш не удержался от того, чтобы не подшутить над ней.

— Юная леди, если вы будете так мало есть, то никогда не станете женщиной, — ехидно заметил он.

Уши сестры вспыхнули, и она уставилась в тарелку.

— Что за намёки вы себе позволяете? — возмутилась приличная до кончиков ногтей Риолана.

Усмешка сползла с губ нага, и он перевёл взгляд на Риолану.

— О каких намёках идёт речь? — прохладно удивился Шайш. — Ваша сестра ещё слишком мала, чтобы хоть один наг мог оказать ей внимание неприличного характера. Неужели у людей иначе?

Риолана оскорблённо поджала губы, но ничего не ответила.

— Таюна, мне совсем не нравится твой аппетит, — задумчиво протянул наагасах.

Я сообразила, что уже несколько минут просто смотрю на булку с маслом. Вспомнив, как вчера наг решил проблему моего аппетита, я тут же вонзила в неё зубы. Я испытывала лёгкое смущение перед мужчиной и ощущала угрызения совести. Совестно мне было оттого, что я смущалась не так сильно, как положено. Всё же вчера наагасах опять видел меня голой, да и спала я в его постели, периодически просыпаясь оттого, что наглый хвост во сне пытался обернуться вокруг меня.

Утром я всё же выспросила у наагасаха, что произошло в моей комнате вчера. И узнала, что принцесса пыталась меня погубить. Просто так, ни за что! Ей это показалось забавным? Мотивов её я понять не могла. И потому в моей груди тихо тлела зарождающаяся ненависть. А я ещё и превратилась на её глазах. Во что теперь это выльется?

— Надо же, — услышала я тихий задумчивый голос наагасаха.

Перевела на него вопрошающий взгляд. Он смотрел в свою тарелку, где лежала запечённая с овощами яичница, съеденная уже на треть.

— Мне подсыпали яд, — спокойно сказал наг.

Сперва я решила, что это шутка, потому что сам наагасах, да и другие наги, были потрясающе спокойны. Дарилла вскрикнула, в ужасе округлив глаза.

— Теперь вы умрёте? — испуганно спросила она.

— Нет. — Наагасах отложил вилку. — Я сам по себе очень ядовит, так что отравить меня сложно.

Теперь спокойствие нагов нашло объяснение, и я предположила, что фраза про отравление — всё же не шутка, и испугалась. Похоже, принцесса решила отомстить наагасаху за его вмешательство. И это всё из-за меня…

— Вы точно хорошо себя чувствуете? — взволнованно спросила я.

Наагасах перевёл на меня заинтересованный взгляд.

— Ваше беспокойство мне льстит, — с улыбкой сообщил он мне.

— Это из-за меня, да? — тихо спросила я.

Наг хмыкнул и перевёл взгляд на Лоша.

— Разберись с этим.

Рыжий кивнул, за несколько минут прикончил свой завтрак и покинул нас. Сёстры через некоторое время тоже нас покинули. Я хотела уйти вслед за ними, но меня остановил властный оклик наагасаха.

— Сядь! — велел он и уже мягче добавил: — Ты лишь два раза надкусила булку. Это не завтрак.

Я раздражённо посмотрела в собственную тарелку.

***

После завтрака я в сопровождении Шайша и Риша направилась в библиотеку. Делать было всё равно нечего. Беспокойство за наагасаха немного улеглось. Он всё равно умирать пока не собирался. Но как принцесса могла пойти на подобное? Я не знала, что за переговоры шли между нашей страной и нагами, но покушение на посла — а наагасах по сути является послом — губит все соглашения на корню. К тому же это может сказаться на ухудшении отношений с нагами. Я не представляла, какие у нас отношения с ними сейчас. Но если бы покушение увенчалось успехом, то сомневаюсь, что наги снесли бы это. Нордасу бы отомстили. Ведь наагасах — это почти то же самое, что принц. Это я у Шайша спросила. Уже одно это должно служить гарантией его неприкосновенности. Как можно настолько не думать о последствиях? Я сильно сомневалась, что такое простят даже принцессе, наделённой даром.

На этот раз наги заперли двери в библиотеку, чтобы никто не нарушил наше уединение. Они вообще в плане моей охраны стали ещё более жёсткими. Ко мне даже слуги опасались приближаться. Утром мне пришлось воспользоваться помощью наагасаха, чтобы зашнуровать платье сзади. Он справился на удивление ловко.

Пару раз в библиотеку кто-то пытался прорваться. Пока дёргались двери, мы смотрели на них и молчали, не выдавая своего присутствия. И возвращались каждый к своим делам, только когда этот кто-то уходил. В эти моменты я ощущала себя как заговорщик.