Ужин тянулся бесконечно. Вкус пищи я почти не ощущала и постоянно ждала, когда же лопнет натянувшаяся с моим появлением напряженная струна. И даже не удивилась, когда до меня донёсся смех и нарочито громкие слова.

Рион сидел с несколькими ровесниками чуть поодаль, и они явно хотели, чтобы я слышала каждую реплику.

— Артефакты… — протянул один из юных драконов с насмешкой. — Может, магичка сделает нам такой, что заставит закрыться Разлом?

Ему ответили взрывом смеха. Язвительного, с оттенком злости.

— А что? — ядовито добавил Рион, поворачивая голову так, чтобы смотреть мне прямо в глаза. — В самом деле, магичка, сделаешь нам артефакт? Принесёшь пользу за кров и еду? 23. Глава 8-1

— Не ты их мне дал.

— Что?.. — низким свистящим шёпотом переспросил Рион.

— Не ты дал мне кров и еду, — медленно и чётко, чтобы до него дошло, повторила я. — Ещё я знаю, что любая магия подпитывает Разлом. Так чего же ты добиваешься?..

Договорив, я бросила быстрый взгляд на стол, за который сидел Эйнар. И даже не удивилась, когда не увидела его: он ушёл из зала, и это развязало юным драконам руки и языки.

Рион прищурился, его губы дрогнули в презрительной усмешке, а приятели переглянулись. Кто-то явно подзадоривал его, желая продолжения, но некоторые показались мне пристыженными. Мои слова о Разломе отрезвили их, лишили желания позубоскалить.

— Смотри-ка, у магички острый язык. Видно, ещё не поняла, куда попала, — протянул один из тех, кто желал продолжения.

— Скоро поймёт, — с ощутимой угрозой бросил Рион. — Скоро на своей шкуре узнает, куда такие же трусливые маги, как она, отправляют драконов, чтобы те платили кровью за их роскошную жизнь в столице!

Он дрожал от гнева, и я вдруг почувствовала, как от него один за другим исходили обжигающие импульсы. Это не были магические нити — я знала их слишком хорошо, чтобы спутать. Нет, здесь всё было иначе: словно невидимые волны накатывали и ударялись о меня, грозя смести с места.

Я замерла, не веря собственным ощущениям. Лицо Риона начало искажаться: от боли и от силы, рвущейся наружу.

Он что, превращался во вторую ипостась прямо здесь, в зале?!

Я не успела даже испугаться, потому как напряжение резко спало.

В зал вернулся Эйнар.

Он не сказал ни слова, лишь скользнул взглядом по столам. Когда золотые глаза задержались на Рионе, тот заметно побледнел. Сила, ещё мгновение назад давившая на меня, рассеялась. Казалось, само присутствие военачальника пригвоздило юного дракона к месту.

— Что здесь происходит? — спросил он и резко втянул носом воздух, отчего затрепетали его крылья.

Наверное, драконьим чутьём он улавливал куда больше. И совсем иначе воспринимал расходившиеся от Риона горячие волны.

Я поджала губы. Жаловаться? Бессмысленно. В академии хватало таких же мальчишек, которым казалось, что громкие насмешки и дешёвые зацепки делают их сильнее в глазах окружающих. Их игнорировать я научилась ещё тогда, и Рион не стал исключением.

С трудом я заставила себя отвернуться от дракона и посмотрела в свою тарелку.

— Что здесь происходит? — повторил Эйнар, и его голос громовым раскатом прошёлся по залу.

Совершенно точно он почувствовал, что Рион был готов перекинуться во вторую ипостась, потому и злился сейчас.

— Ты привёл магичку за наш стол! — дерзко вскинулся юный дракон, и вокруг стало пугающе, опасно тихо.

Он совсем недавно лишился отца, — напомнила я себе.

Горе затуманило разум...

Эйнар медленно обернулся к нему.

— И?

— И все ведут себя так, будто это нормально! Мы теряем братьев и отцов, а она сидит рядом с нами, будто ей здесь место! Разве наша кровь совсем для тебя ничего не значит?!

Эйнар шагнул ближе, и его тень накрыла Риона, словно туча — солнце.

— Ещё одно слово... — тихо произнёс он, но в этом спокойствии слышался рокот грозы.

— Дядя, — с вызовом выдохнул Рион, — разве это справедливо?!

Я вздрогнула и подняла ошеломлённый взгляд. Неужели он осмелился перечить ему при всех? А спустя мгновение до меня дошло: юноша назвал военачальника дядей!

Значит, не только Рион потерял отца. Эйнар лишился брата.

— Если ты ещё раз поставишь под сомнение мой приказ — будешь наказан так же, как любой другой, — спокойно сказал мужчина, проигнорировав все прочие жалобы племянника.

Рион побледнел, губы его дрогнули, но он всё же промолчал. Я отвернулась от него, представив на мгновение, что случилось бы, расскажи я о глупой шутке и подзадориваниях. Но промолчать было благом и для меня. Если никто здесь не прибегает к магии, опасаясь Разлома и перевёртышей, мне же лучше.

Быть может, мне повезёт, и мой секрет не будет раскрыт?