Улыбка сама появляется на губах. Я опускаю взгляд на платье, чувствуя, как кожа снова нагревается. Пытаюсь вернуть ту уверенность, которую ощущала, надевая его сегодня вечером. Потом снова поднимаю глаза, собираясь набраться смелости и спросить, причисляет ли Тай к этим мужчинам и себя.

Но его уже нет.

Остались только тени.

Я ещё некоторое время стою снаружи, снова и снова прокручивая в голове весь разговор и чувствуя себя удивительно спокойно в темноте. После такого количества информации мне нужна минута, чтобы всё переварить. Вопросов стало гораздо больше, чем ответов, но теперь я хотя бы узнала имя.

Тай.

Загадочный парень, появившийся в моей жизни, который теперь почти открыто признал, что преследует меня, и намекнул, что знает о той херне, которая творится у меня в голове.

Живот ухает вниз, то самое ощущение, когда стоишь на краю обрыва высотой в тысячу футов и прекрасно знаешь, что падения не переживёшь. Но всё равно подходишь к самому краю, потому что тебе нравится одновременно чувствовать себя невероятно живой и смертельно близкой к опасности.

Кажется, я вот-вот шагну прямо вниз.

Посмотрим, сумею ли выжить.

ГЛАВА 12

ТАЙ

У меня всего несколько минут, чтобы взять себя в руки, пока я бегу по дороге. Сердце колотится слишком быстро для такой лёгкой нагрузки.

Я с ней заговорил.

Она ответила.

Я касался её, и от этого прикосновения всё тело будто вспыхнуло. После моей маленькой фантазии в прошлые выходные мозг окончательно перестал думать о самосохранении. Теперь он был намертво зациклен на желании этой самки — самой опасной женщины на планете, которая только могла меня заинтересовать.

Какой же я идиот, что не дал ей укусить того парня. Причин было много. Главная — если Адисиус узнает, мне это будет стоить жизни. Но в тот момент я мог думать лишь о том, как не дать ей обратиться. Не дать стать одной из нас.

Не дать стать его. Стоило ей кого-нибудь укусить, и по приказу я должен был похитить её и привезти на ранчо.

Очень надеюсь, что она умеет держать язык за зубами.

Стоило ли сказать ей почему? Возможно. Но я эгоистично хочу ещё немного оставить её в неведении. Формально я даже не соврал — сегодня у меня и правда не было времени всё объяснять. Я не ожидал, что это случится именно сегодня. До сих пор она не проявляла кровожадности. По крайней мере, я ничего не замечал.

Чёрт, а вдруг я что-то упустил? Я не был готов к тому, что она узнает правду. Всю эту извращённую, садистскую правду.

Конечно же, это должно было произойти именно сегодня, когда мне пора было уходить. Адисиус приказал нам с Ронаном ночью наведаться в больницу и украсть кровь. Вот только Ронану отчаянно хотелось выпить свежей крови, и он знал, что я собираюсь на эту вечеринку — проверить Рэд, как делаю каждый день. Ублюдок попёрся следом. Мы ещё успели поспорить о том, что он собирался использовать вечеринку как охотничьи угодья.

К счастью, по положению я выше него — всё-таки старше, — и сумел заставить его исчезнуть на пару часов. Он вернулся в местный паб, а я отправился на вечеринку.

Я уже стоял в тенях сада и собирался уходить, чтобы встретиться с ним, когда всё полетело к чертям.

Хотя вообще-то ещё тогда, когда она заметила меня из окна второго этажа, стоило понять: ничем хорошим этот вечер не закончится.

Боги живые и мёртвые, сегодня она выглядела сногсшибательно. Это платье было чистым грехом. В нём она казалась смертельно опасной. Словно образ что-то в ней высвободил: сегодня она притягивала к себе всё внимание, вместо того чтобы прятаться от чужих взглядов.

И волосы. Как бы она ни добилась такого яркого рыжего оттенка, он будто пробудил в ней огонь. Хочется намотать эти пряди на пальцы, увидеть, как они рассыплются по моей груди.

Святая мать, этим мыслям пора катиться к чёрту.

Взяв себя в руки, я всё же усмехаюсь тому, насколько точнее теперь звучит моё прозвище для неё. Именно волосы привлекли моё внимание, когда я уже собирался уходить. Я даже не заметил, что она вышла следом, пока огненные пряди не вспыхнули в свете с крыльца.

А потом к ней присоединился тот парень, с которым она танцевала раньше. Я сразу остановился посмотреть, что будет дальше, готовый вмешаться, если он попытается сделать что-то против её воли. На вид он казался нормальным, но рисковать я не собирался.

Когда они начали танцевать на крыльце, меня буквально трясло от ревности. Да, глупо, я знаю, но по крайней мере я не пытался обманывать себя и прекрасно понимал, что именно чувствую. Я хотел, чтобы она смотрела так на меня. Хотел чувствовать, как её тело двигается рядом с моим.

Ага. Размечтался.

Я уже мысленно планировал безвременную кончину этого парня, когда выражение её лица изменилось. Я повидал достаточно новообращённых, чтобы сразу узнать этот взгляд.

Жажда.

Не сексуальная.

Жажда крови.