Я тут же сделала вид, что я не в курсе.

- Так Александр – боевой маг? И что же, он свою магию использует?

- Ой, да что ты, - отмахнулась Анна Викторовна, - ему эта магия сто лет не сдалась. И без магии забот хватает. Он же фактически весь порт контролирует, да и самому порой приходится куда-нибудь уезжать по делам. Ему магия, тем более боевая, вообще без надобности. Ведь и в порту охрана хорошая, да и на кораблях соответствующая. Ну а подаваться на службу боевым магом он уж точно не собирается.

Это стало последним кирпичиком в моей версии «Во сне приходил Алекс». Ведь пока что я одного не могла понять: зачем ему отдавать магию? Но если она ему просто-напросто не нужна, то тогда все проще. И тут же снова звякнул колокольчик настороженности, мол, с чего вдруг граф так расщедрился? Жил же раньше с магией и ничего, она наверняка ему не мешалась. А тут вдруг появилась какая-то левая девица без роду и племени, и он ей по доброте душевной свою магию взял да отдал. Ага, чего ради такая щедрость? Но и настороженность, и здравый смысл заглохли дружно и почти сразу.

В гостиную заглянул дворецкий:

- Прибыла госпожа Лисия арт Жини.

- Замечательно! – обрадовалась графиня. – Скорее пригласи ее сюда!

Неведомая Лисия оказалась весьма миловидной дамой среднего возраста со звонким голосом и повышенной болтливостью. Как пояснила мне Анна Викторовна, это была чуть ли не лучшая в городе представительница профессии парикмахеров. Правда, назывались они тут по-другому, но так витиевато, что я не запомнила.

Пока графиня переодевалась в своей комнате в вечернее платье, Лисия успела пересказать мне кучу сплетен о людях, которых я знать не знала. Хорошо, хоть Анна Викторовна вернулась довольно быстро, а то у меня же голова начала болеть от чересчур звонкой болтовни.

В роскошном платье из темно-синего бархата графиня сразу перешла из образа «милая бабулька» в «почтенная светская дама». Но эта видимость ничуть не изменила ее поведения.

- Кирочка, мы ведь с тобой еще кое-что забыли! – спохватилась она. – На балу ведь придется танцевать! – и пояснила уже развесившей уши Лисии: - Кирочка – моя внучатая племянница. Она все это время жила Таритии, в обители благочестивых служительниц одного древнего ордена. И вот, впервые выбралась в свет.

- Бедняжка! – чуть ли не искренне посочувствовала мне «парикмахер». – Запомни главное: самый писк моды сейчас – это рюшечки и бантики! И цвет опавшей листвы!

- Спасибо, запомню обязательно, - я едва сохраняла серьезный вид.

- Дарит! – между тем снова позвала графиня.

- Слушаю, госпожа, - в гостиную почти сразу же заглянул дворецкий.

- Ты танцевать умеешь?

Его этот вопрос ни разу не смутил.

- Умею, госпожа. Развлечь вас танцем?

Я старалась кашлем замаскировать невольно вырвавшийся смех. Своевольное воображение уже вовсю рисовало, как невозмутимый дворецкий танцует тут вприсядку, а потом еще в лучших традициях брейк-данса исполняет кручение на голове.

- Нет, нам нужно срочно Киру научить, - пояснила графиня и добавила уже мне: - Кирочка, в основном тут на торжественных приемах танцуют одно и то же. Очень на наш вальс смахивает. Сходу не отличишь. Ты как, вальсировать умеешь?

- Немного. Не профессионал, конечно, но азы знаю, - я кивнула.

- Вот и замечательно, - обрадовалась Анна Викторовна. – Дарит поможет тебе освежить в памяти.

И пока Лисия делала графине вечернюю прическу, мы с дворецким танцевали вальс. Невозмутимое выражение лица Дарита не дрогнуло ни разу: ни когда мы врезались в кресло, ни когда я четырежды случайно наступила ему на ногу. Он лишь вполне вежливо пожелал:

- Удачи вашему партнеру.

А меня снова пробило на смех. Вот оттопчу на балу ноги какому-нибудь барону и радостно поясню, что меня так учили танцевать благочестивые служительницы одного древнего ордена имени Дарита.

Графиня, между тем, отправила меня в ее спальню переодеваться. Платье она заказывала мне по тем же меркам, по каким мы с ней до этого одежду покупали. Так что теоретически должно было оказаться впору. Я, правда, вовсю предвкушала обилие бантиков и рюшечек, и все это «цвета опавшей листвы». Но мои ожидания не оправдались. Молоденькая служанка подала мне светло-голубое платье с искусной отделкой серебристым кружевом. Из этого кружева были и длинные перчатки. Отсутствие рукавов и обнаженные плечи меня все же немного смущали. Но, наверное, по меркам здешней вечерней моды это было вполне нормально. А еще несказанно обрадовало отсутствие корсета и обилия пышных юбок. Хоть я такое никогда не носила, но казалось, что это очень неудобно.