Меня замечать признаки лжи, а ее слова звучали слишком отрывисто. Ее внутренний ритм сбился. У нее были телесные тики человека, который пашет на пределе и пытается косить под нормального, хотя внутри все рушится.

Ей было хреново.

Живот снова свело, и я спросил себя: как поступил бы в такой ситуации Джакс?

Его сестры буквально висели у него на руках, сияя от счастья, пока он слушал каждое их глупое слово так, будто это были откровения свыше.

— Прости, — выпалил я, и слова застряли в горле. — Это из-за меня… твоя мать… я не знал.

Я уставился на полированный паркет из красного дерева, пока Уолтер показывал группе очередную комнату. Аран замерла и уставилась на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Ого.

— Что? — мои нервы были на пределе, и я огрызнулся.

Конечно, я все, блядь, портил. Надо было просто завалить ебало и не соваться. Эмоции — слабость. Мне нужно срочно восстанавливать защ…

Аран толкнула меня локтем в бок, обрывая мои мысли.

— Вообще-то это полностью твоя вина.

Я кивнул. Я был тем самым мудаком, который сломал ей жизнь.

— Но в то же время и нет. Моя мать все равно бы меня нашла, ее тень всегда висела надо мной. Даже если бы я захотела, от судьбы не уйти.

Аран пожала плечами, пытаясь изобразить безразличие, но при этом яростно заскребла ногтями по спине.

Внезапно меня осенило. Пламя в моей груди вспыхнуло с новой силой.

— Я вижу, кто ты для Сэди, и знаю, как много ты для нее значишь, поэтому я не позволю фейри забрать тебя. Клянусь тебе в своей верности.

Мрак в глазах Аран немного отступил, и впервые с того момента, как она совершила немыслимое, ее лицо озарила улыбка. Она перестала чесать спину.

Боль в желудке утихла, и я поразился тому, как легко вдруг стало на душе.

Я протянул ей руку.

Аран крепко пожала ее и бросила:

— Идет. Ловлю на слове. Ты вообще представляешь, каково это — прятаться от фейри, которые ищут свою королеву?

Она усмехнулась, и в ее глазах блеснул хищный огонек. И я невольно ухмыльнулся в ответ.

Аран была из нашего теста.

Насилие узнает насилие.

Я усмехнулся:

— Будет грязно.

Аран ухмыльнулась:

— Наверное, придется кое-кого замочить.

— Нам понадобятся пушки.

Кашель в конце коридора привлек мое внимание. И, отвлекшись от Аран, я с удивлением обнаружил, что вся компания стоит в проходе и странно пялится на нас.

— Чего? — рявкнул я.

Я что, опять где-то накосячил?

Сэди улыбнулась, подошла ко мне и легко хлопнула по груди.

— Ты только что заработал жирные бонусные очки за то, что впервые за долгое время не вел себя как конченым мудаком.

Она замолчала, а затем рванула по коридору с криком:

— И вообще, я занимаю самую большую комнату!

Я тупо уставился ей вслед, с удивлением отмечая, что от ее слов внутри вновь шевельнулось что-то похожее, на счастье. Ощущение тут же сменилось растерянностью.

— Я сплю там же. У меня ночные кошмары! — завопила Аран и бросилась за ней.

Сэди рассмеялась:

— Сука, у меня ПТСР похлеще твоего. Ищи себе другую берлогу.

— С хрена ли? Я не собираюсь спать в одиночестве. Так что привыкай, соседка. — Аран побежала за Сэди.

Они заржали как безумные. А затем все четыре девочки-подростка помчались по коридору следом за ними, споря о том, кто с кем будет спать.

Даже Лапша, этот гребанный хорек, визгливо поддержал общий шум.

Я тяжело вздохнул и поплелся следом, как нормальный вменяемый тип, которому на хрен не нужен сосед. Уолтер только что показал нам больше двадцати гребаных комнат. Джакс улыбнулся и хлопнул меня по плечу, когда я поравнялся с ним, а Кобра кивнул мне.

Я понятия не имел, что только что произошло, но впервые в жизни пламя в груди не сжигало меня заживо.

И я заработал какие-то гребаные жирные бонусные очки. Это было чертовски приятное чувство.

ГЛАВА 10: СЭДИ

ГЛАВА 10: СЭДИ

ДОВЕРИЕ К ТЕБЕ

— Ты серьезно не хочешь взять себе отдельную комнату? В этом доме их штук двадцать.

Я устало потерла саднившее лицо, пока Аран плюхнулась на мою огромную кровать с балдахином.

Ну, «мою» в том смысле, что я первая завопила «чур мое!» во всю глотку.

Аран изогнула бровь, но это не выглядело столь же высокомерно, как в те времена, когда она была девчонкой.

— Ты серьезно пытаешься выставить свою лучшую подругу, которая сейчас эмоционально нестабильна?

— Нам вообще-то по двадцать одному, мы взрослые бабы. Тебе самой не нужна отдельная нормальная кровать?

— Нет, тебе двадцать один. Мне двадцать четыре. А значит, как старшая, я требую, чтобы ты обнималась со мной каждую ночь.

Я сузила глаза:

— Ты ведь не шутишь?

Аран слезла с кровати и окинула взглядом изысканный декор, имеющийся по комнате. Затем она щелкнула настенным выключателем, и массивный камин с ревом ожил. Аран завизжала и тут же выключила его обратно.

Звук стоял жуткий до мурашек.

Я вылупилась на нее.