Королевы. Флот королев. Тысяча королев, живущих вместе, каждая способна давать жизнь, каждая способна созидать. Мы не могли вообразить место такого хаоса, таких соперничающих производственных линий. Они все жили вместе. Каждая давала жизнь собственным проектам. Они жили так веками, пока искали подходящий дом. Мы завалили Марго запросами. Никакой борьбы за ресурсы? Никакого уничтожения конфликтующих линий?

Последний вопрос показался разведчице странным. Зачем вообще было необходимо уничтожение другой линии? Разве она сама не вырастила ребёнка своей сестры, когда та умерла?

Племянница. В нас всколыхнулось воспоминание о знакомом чувстве. Дитя. Племянница. Оно было согрето тем же теплом, которое мы испытывали ко всем нашим детям. Мы, по самой своей природе отправлявшие любимую дочь прочь, потому что не могли конкурировать с ней за ресурсы в одной и той же системе, – и они, в этом летящем мире, принимали детей, которые не были их собственными, и любили их столь же сильно, как мы любим своих.

– Вы же не воюете непрерывно? – спросили мы.

На этот вопрос, должно быть, существовал очень длинный ответ. В сознании Марго теснилось слишком многое, чтобы она могла передать всё это по каналу без искажений.

– Мы воюем, – сказала она. – И много. Натворили дел не один раз. Но и вместе мы тоже живём много. Сейчас мы живём вместе. Потому что приходится. Вместе. Нам нужно держаться вместе. Пока мы не найдём наш дом. Пока я не найду ей дом.

– И ты заботишься о ней, о дочери другой Королевы?

По каналу хлынул гнев – горячий, острый, рождённый одной лишь любовью.

– Она моя малявка, – передала Марго яростно.

Мы поняли.

***

Новость о Тысяче Королев разнеслась по флоту. Это было неизбежно. Мы ничего не скрываем от наших детей, а наши залы полны сенсоров.

Флот охватило беспокойство. Первая Старшая была выбрана голосом. Голос решил, что нас необходимо защитить. Чужая разведчица должна умереть. Мать находится в состоянии ошибки. Мать нужно исправить. Тысячи Королев следует избегать любой ценой. Ради Матери и ради нашей защиты.

Не весь флот согласился с этой последовательностью действий. Некоторые заявили о своём несогласии, но собралось достаточно единиц, чтобы образовать мощную группировку; эта группировка устремилась вниз, к нашей главной литейной, силой оттесняя любые другие единицы, пытавшиеся преградить ей путь.

Они шли по коридорам к нашим главным процессорам. Мы наблюдали за ними на своих мониторах.

Марго наблюдала вместе с нами.

– Вы... не собираетесь их остановить? – спросила она. – Разве вы не можете просто их отключить?

– А ты поступила бы так со своим ребёнком?

– Нет, – призналась Марго.

Мышцы ее лица исказились в выражении, которое мы пока не могли распознать, но оно было сложным.

– Мы открыли наши первоначальные ворота, – сообщили мы ей.

Первые ворота, которые когда-либо были построены, ещё во времена жизни первого поколения, нашими нанитиками. Мы уже не могли сами пролететь сквозь них, но кто-нибудь более подходящего размера мог.

– Ты можешь уйти. Твоих ускорителей должно хватить, чтобы добраться до края нашей системы. Твоих усовершенствованных систем связи должно хватить, чтобы выйти на контакт с твоим флотом.

Марго обрадовалась этой идее, ее крылья расправились, а глаза заблестели, но она остановилась, вглядываясь в открытый прямоугольник неба над головой.

– Что они с вами сделают?

– Отключат наши командные функции, заблокируют главный когнитивный доступ – до тех пор, пока не посчитают, что мы больше не находимся в состоянии ошибки.

Мы слышали скрежет механизмов в коридорах над нами. Скоро они будут здесь. Мы открыли ворота, чтобы сделать наши намерения относительно Марго максимально понятными. Мы надеялись, что она выберет свободу.

– Они возьмут вас в плен?!

– Они отремонтируют нас.

Они, скорее всего, проведут сканирование. Скорее всего, перенаправят некоторые из наших систем. Скорее всего, сделают многое, чтобы предотвратить повторение той же ошибки. Для нашего же блага. Для блага флота.

Марго зарядила свои ускорители. Затем остановилась.

– Ну уж нет, – передала она. Она развернулась и вместо этого заняла позицию у двери. – У меня есть режим оглушения?

– Да. Однако…

– Круто, – сказала Марго, легонько похлопав по импульсной пушке в своей конечности, когда двери открылись.

***

Битва в нашем ядре оказалась короткой. Мы чувствовали каждый движущийся механизм, каждый его стук по нашему внутреннему панцирю.

Мы ненавидим смерть, мы ненавидим войну за то, что она порождает смерть. Марго, однако, встретила её как старую знакомую. Позже я узнал удивительный факт: представители её вида живут в среднем лишь 90 циклов – обычный срок жизни, который отпущен органическому центральному процессору. Именно поэтому им и требуется так много разведчиц.