К слову, я его всю беременность не подпускала к себе. Было стыдно даже от мысли, что он будет касаться моего обнаженного живота или, еще хуже, заглядывать в другие места. Да и живот был необычно большим, по поводу этого шутки в мою сторону отпускали все. Поэтому, выдержав настоящий бой, не без помощи Селестины, правда, я отстояла свое право на повитуху-женщину. Это был единственный спор, который я не просто выдержала, не сдавшись, но еще и вышла победительницей.

В остальных случаях я позорно уступала Итану. Приходилось приспосабливаться под его жесткий и даже деспотичный характер. Но проявляя мягкость, я часто все же оставалась в выигрыше и очень скоро поняла, что спорить с вардами себе дороже. Если у Селестины хватало напора отстоять свое мнение, то я брала хитростью и лаской.

Но сейчас проявлять мягкость я была неспособна, боль снова сковала тело и отдалась жуткими потугами. Я громко застонала и поймала взгляд Итана, он был бледен, как стена. Руки тряслись, а лоб в испарине. Кто тут из нас вообще рожает?! Еще несколько минут мучений, и комнату огласил третий крик.

Тройня!

— Это последний? — прошептал Каил, позорно отступая к двери. — Видят высшие, десять раз подумаю, прежде чем позволять своей паре рожать. Это же кошмар!

— Пошел вот отсюда! — простонала я.— Что вы вломились сюда, мне же стыдно, олухи. Уйдите за дверь.

— Сай, сколько там младенцев? — выдохнул Итан, который, в отличие от братьев, никуда уходить и не собирался. Хотя, услышав его вопрос, эти бесстыдники, засобиравшиеся вроде как на выход, встали как вкопанные и глянули куда-то мне на живот, скрытый от них ширмой.

— Да убирайтесь же вы! — взвыла я в голос, рыдания вырвались наружу. — Итан, уведи их всех, и Сая тоже. Не надо мне между ног заглядывать. Уйдите, мне же больно, я устала, а вы тут из моих родов смотрины устроили!

Я рыдала и от счастья, и от стыда, и от обиды на них за то, что даже не подумали, каково мне тужиться в их присутствии. Черствые сухари, все без исключения.

— На выход все! — гаркнул Итан. — Расстраиваете мне малышку! Выйду, все расскажу.

Вот после этого вопля мужики таки покинули комнату, все, и Сай в том числе. Но спустя пару секунд он вернулся и с порога заявил:

— Я целитель, а вдруг там внутренние повреждения, разрывы, кровотечение? Стыд стыдом, но рисковать не буду. — Вот после этой тирады он прошагал до узкой кровати, на которой располагалась я, и встал у моих ног. Вот же вреднючий. Ну прямо повитуха бы крови не увидела, позвали бы.

Женщина осторожно обмывала мои пищащие комочки и заворачивала в большие лоскуты ткани.

— А кто третий? — простонала я.

— Мальчик, — выдохнула пожилая женщина, — это чудо, вартеса! У вас две дочки и сынок. Я такое никогда за долгую жизнь не видела. Чтобы трое, да еще и девочки. Это чудо.

Я улыбнулась и блаженно прикрыла глаза. Тело болело невыносимо, но я была счастлива. Теперь у меня есть все. Есть уютный дом с просторной кухней, который Итан успел отстроить к моим родам. Есть большая семья, а главное, самый лучший мужчина на свете. И я могу с уверенностью сказать, что люблю. Люблю его со всеми его достоинствами и недостатками. Это чувство возникло пусть и не сразу, но после нашего небольшого путешествия к океану я стала относиться к нему как к своему избранному, и любовь разгорелась пожаром. Она росла и крепла с каждым днем. И сейчас, слушая, как кряхтят мои дети, я отчетливо поняла, что люблю Итана еще больше. Хотя куда еще больше, не знаю.

— Ты мое сокровище, малышка, — тихо шептал муж, уткнувшись мне в волосы, его рука тихонько поглаживала мою щеку, — мое бесценное сокровище. Я так люблю тебя. Так люблю.

Его лицо от сильных эмоций покрылось легкой дымкой, и на меня смотрел Иной. Повинуясь любопытству, я всматривалась в лица своих дочерей и сына.

— Что ты там пытаешься рассмотреть, милая? — поинтересовался Итан. — Я и так могу тебе сказать, что наши малыши все в меня. Вот как исполнится им по годику, начнут развоплощаться и туманом во все щели проникать, вот так и будет нам морока. Ты даже не представляешь, откуда только нас с Саем мать не вытягивала. Кстати, я послал за ней, она рада, что я нашел свое счастье, и уже едет сюда. Так что будет нам опытная подмога.

Итан счастливо улыбался, а я представляла, какой может быть его мама. Наверное, это особенная женщина, раз она смогла воспитать таких сыновей. Ее опыт мне точно лишним не будет.

Пять лет спустя

Стоя на небольшом холме, я вглядывалась в Туман. Там отчетливо вырисовывались очертания врат, которые буквально через считанные минуты должны открыться в первый раз. Рядом со мной на своем противном черном злющем коне сидел Итан. С его Гаиром мы так и не подружились. Какое-то время спустя я все же набралась смелости и научилась держаться в седле. Убедившись в том, что я отлично управляюсь с лошадью, Вульфрик сделал мне неожиданный подарок. Брат мужа откуда-то пригнал просто восхитительных лошадок. Резвую серую Юлу для Селестины и белоснежную тихоню Снежку для меня.