- И жена не ослушается и не вернется? Ваши жены довольно своенравны.

- Если своенравная и непослушная, тогда, наверное, в Монастырь.

- Куда? Где это? – в унисон спросили Раим и Абар.

-  Это  не то, чтобы очень далеко, но добираться туда очень сложно. Через горы, через реки, дорога по диким местам идет. Поселений там мало, город вообще всего один. Проше порталом, но портал в Монастырь достать практически невозможно.

- Спасибо, Николас, ты нам помог!

- В чем помог-то? – удивился парень.

- Да мы с братом поспорили, и я выиграл! – пнул под столом Раима в ногу Абар.

- Да, поспорили, и я проиграл, – послушно поддержал Раим.

- Да о чем спор-то был?

- Как о чем? Куда мужья в Империи девают нелюбимых жен. Раим говорил, что селят в отдельные покои в доме и больше не призывают на ложе, а я – что отправляют куда-нибудь с глаз подальше.

- А! Ну вы и нашли тему для спора, - рассмеялся Николас.

Вернувшись  в дом родственника, торговцы продолжили обсуждение. По всему выходило, что, скорее всего граф отправил жену именно в Монастырь, так как оттуда она точно не могла бы сбежать. Но добираться туда сложно и не быстро, а  время, отпущенное им повелителем, стремительно  заканчивалась.

- Надо слать повелителю вестник, – решил Арам.

Раим принес все необходимое, Арам написал и отправил послание.  Пока ждут ответ, решили поесть, но только разломили  лепешку, как прилетел вестник.

Повелитель похвалил за находчивость и сообщил, что маг увеличил  им время на выполнение задания еще на месяц.

Сборы были недолгими, раздобыть портал не получилось,  и уже через день  абары отправились в Монастырь своим ходом.

Глава 37

  Восстанавливалась беглянка быстро и уже через две седмицы чувствовала себя преотлично.  День графини проходил в небольшой помощи по дому, но в большинстве случаев она просто отдыхала или сидела, глядя в окошко. На улицу беглянка старалась выходить как можно реже, объяснив это хозяйке, что боится. Мол, убежала из Монастыря, куда ее упрятал злой муж и где настоятельница ее со свету сживала. И если добрая Зинея не будет против, то она, Фредерика, поживет у нее до весны, а как снег сойдет, уйдет и она.  Зинея молчала, временами графиня ловила на себе ее взгляд, но о чем  размышляет знахарка,  Полетт догадаться не могла. Она думала, что так и пройдет вся зима – за неторопливым шитьем и молчаливыми вечерами, но  однажды Зинея позвала графиню в светелку:

- Иди-ка сюда, милая, нам надо поговорить.

- Что-то случилось?

- Пока нет, но может. Сядь, в ногах правды нет.  В Монастырь приехали маги и со дня на день начнут тебя искать по энергетическому следу.

- Разве он за такое время сохранился? – испугалась Полетт.

- Не знаю, я не очень в этом разбираюсь, но раз приехали, значит, уверены, что могут увидеть этот след.

- Что же мне делать?

- Уходить тебе надобно.

Графиня с ужасом посмотрела на Зинею:

- Но мне некуда идти! И уже холодно, я просто замерзну,  проще тогда  дождаться здесь магов и пусть забирают.

- Я дам тебе пони, еды и одежду, но оставаться тебе нельзя! Я давно хотела сказать, что если бы не просьба племянника, то выставила бы тебя из дома еще две недели назад.

- Но почему? – расстроилась графиня, поняв, что ее планы насчет безопасной зимовки накрылись. –  Я не нищая, у меня есть деньги и как только я до них доберусь – сразу отправлю тебе щедрое вознаграждение!

- Дело не в деньгах, - покачала головой Зинея. – Душа у тебя нехорошая, зло идет за тобой.

- Какое зло?

- Что-то очень плохое ты сделала,  и расплата за содеянное не за горами. Куда ты идешь - она за тобой следом. Я не хочу заодно пострадать, поэтому прошу завтра уехать, - и женщина встала, давая понять, что разговор окончен.

Весь день, разбирая отобранную в дорогу одежду, графиня размышляла.

« Ну, что я кому могла сделать плохого? Герцогиню к торговцам  отправила, так она заслужила это, моего жениха увела! И, потом, я за этот проступок уже сполна расплатилась – в темнице сколько просидела, да в Монастыре батрачила. А больше и нет за мной никаких прегрешений, не за что меня наказывать! Врет Зинея, просто избавиться от меня хочет скорее, лишний рот в зиму не нужен».