«Да, определенно это она», – снова подумал Тео.

При ее приближении он снял кепку и чуть склонил голову, пожимая ее правую руку, которую она ему протянула властно, как всегда здоровалась с участниками деловых встреч, – скорее по привычке, нежели с неким умыслом. Что интересно, на ее рукопожатие он ответил левой рукой, причем непринужденно, что тоже указывало на давнюю привычку.

Мина не обиделась. Уголки губ старика были чуть приподняты в улыбке, застывшей на его лице, и он неотрывно смотрел ей в глаза.

– Значит, вы – мистер Тео? – нерешительно произнесла Мина и, словно подчиняясь некоему закону взаимодействия, тоже улыбнулась.

– А вы – Мина. Спасибо, что пришли. Я не был уверен, что увижу вас здесь. Но я вам очень признателен. – Он усмехнулся. – Я немного нервничаю. Вы уж простите меня за это. Я боялся, что в семь часов сюда придет полицейский, меня закуют в наручники и отправят куда-нибудь далеко и надолго. А я, на свое счастье, имею честь лицезреть ангела. Безмерно рад нашей встрече!

«Ужасно старомодный, – подумала Мина. – И потрясающе удивительный».

Она различила в его речи акцент.

– И я очень рада знакомству, мистер Тео. – Всякое беспокойство, которое Мина испытывала по поводу этой встречи, уже рассеялось, и теперь она переживала, что сам Тео опасался неприятного исхода. – Прошу вас, мистер Тео, объясните, зачем вы это делаете? Не хочу показаться грубой, но мне непонятно, зачем мы здесь.

Мина не собиралась быть столь прямолинейной, но этот вопрос мучил ее с тех самых пор, как она получила письмо старика.

– Да, – кивнул Тео, глубоко вздохнув, – охотно допускаю, что вам это кажется странным. Если у вас найдется пара минут, я мог бы все объяснить. Но, если вы торопитесь, задерживать вас я не стану. Вот ваш портрет.

Он показал на завернутый в бумагу рисунок.

– Да, объясните, пожалуйста! Я не тороплюсь.

Они подошли к скамейке. Тео дождался, когда сядет Мина, потом опустился на скамейку рядом с ней. Они сидели, чуть повернувшись друг к другу. Серебристая дымка, поднимавшаяся от фонтана, окутывала их, словно волшебная пыль. И в этой почти сказочной атмосфере Тео сделал свое первое подношение.

Первое из многих.

Глава 7

Деррик наконец-то улизнул от Тони (а это было непросто, когда Тони пребывал в болтливом настроении) и поспешил из магазина. Было уже почти семь, и он знал, что Мине не терпится пойти к фонтану.

Выйдя на улицу, он не увидел Мину там, где ее оставил, – у входа в книжную лавку. И нигде поблизости ее тоже не было.

Затем, взглянув в сторону фонтана, он заметил их – старика и свою жену. Они уже о чем-то увлеченно беседовали. Мина сосредоточенно внимала незнакомцу. Прямо сцена из романа: величавый дуб, блеск воды, пастельные тона весны, разноцветные блики солнечного спектра. Деррик не стал к ним подходить, остановился на некотором удалении, чтобы они его не видели (правда, в этот момент ни старик, ни Мина не смотрели по сторонам), и пристально наблюдал за ними с расстояния тридцати ярдов. Несколько секунд спустя, не привлекая к себе внимания, он прошел на бульвар, присел на скамейку напротив с другой стороны от фонтана, рассыпавшегося мириадами брызг, и продолжил наблюдать. Теперь он был абсолютно убежден, что этот старик, кем бы он ни был, опасности не представляет.

– Итак, почему я это делаю? Резонный вопрос. Прежде ничем подобным я не занимался.

Тео беззвучно рассмеялся как бы про себя, над самим собой. Глядя на Мину, он широко улыбнулся, так что морщинки вокруг глаз, коих сразу заметно прибавилось, прорезались глубже.

– Пожалуй, точно даже не скажу, как и почему эта идея пришла мне в голову. Когда я увидел лица на тех портретах – а я рассматривал их часами, – у меня в груди что-то дрогнуло, словно я всех вас откуда-то знаю или хотел бы узнать. Такие чувства в человеке способен вызвать только очень хороший художник. Выставка в «Чаше», конечно, великолепна – вы ведь наверняка ее видели, да? – но портретам, мне кажется, там не место. Не в кофейне. Во всяком случае, долго там они висеть не должны. Я намерен купить все портреты один за другим и отослать туда, где их дом.

Тео умолк и посмотрел на свои руки, на завернутый портрет. Мина молчала.

– Вообще-то, честно говоря, – продолжал он тихим голосом, который едва пробивался сквозь уличный шум и плеск фонтана, – я был удивлен, что так много портретов не выкупили те, кому они должны принадлежать по праву. Как вы, например. Или, во всяком случае, те, кто вас любит.

Мина кивнула и усмехнулась, закатив глаза.

– Странно, что вы это говорите. Муж давно собирался купить мой портрет, да все откладывал и откладывал. Спасибо, что это сделали вы! Очень любезно с вашей стороны. Но, надо признать, ваше письмо меня несколько смутило.

– Я вас хорошо понимаю, – кивнул Тео. – И рад, что вы проявили храбрость. Быть может, таким вот образом я заведу в Голдене друзей.