— Да особо нечего спрашивать, — пробормотала она, подсовывая ладони под бедра, чтобы хоть немного их согреть, и ковыряя пальцами ног землю. — Я могла бы спросить, почему ты ничего мне не рассказал. Могла бы спросить, как ты мог знать, что со мной происходит, и ничего не предпринять. Могла бы задать тысячу вопросов, но все сводится к выживанию. Я не могу винить тебя за это, но и доверять из-за этого не могу.

— Это вполне понятно.

— Даже то, в чем ты мне помогал: если бы ты кому-нибудь проговорился, ты бы сам оказался под ударом. Так что все равно в основе лежит твой собственный инстинкт самосохранения. Таков порядок в Девраме.

— Таков порядок в большинстве миров, — ответил он, вытягивая ноги перед собой и закидывая руки за голову.

Тесса покосилась на него.

— Сколько тебе лет? А Дексу? Орэлии?

— Орэлия самая младшая из нас. Ей еще нет и ста лет. Декс — самый старший.

Она кивнула, позволяя этим словам улечься в сознании.

— А что ты с этого имеешь? Или это просто слепая преданность Ахазу?

Брекен уставился на пустынный двор перед собой.

— Мы были созданы с определенной целью. С того момента, как научились ползать, нам вдалбливали эту цель: служить Ахазу. Для фейри здесь все устроено примерно так же. Мы рождаемся, проходим обучение. Затем обретаем силы, изучая других существ так же, как Наследники здесь наблюдают за потенциальными Источниками.

— И ты убил Наследника Ариуса?

Он кивнул. Одна его рука легла на спинку скамейки, другая безвольно повисла сбоку.

— И был за это щедро вознагражден. Именно это позволило мне попасть в эту миссию.

— Чтобы найти меня?

Он цокнул языком.

— Я уже говорил: твое благополучие никогда не было моей главной заботой. Ты всегда была главной задачей Декса.

— А ты?

— Меня послали помогать ему и местному Наследнику Ахаза, но у меня были и собственные задания. Как и у Орэлии, — в его голосе прозвучало что-то похожее… на грусть.

Когда он не стал продолжать, Тесса спросила:

— Почему ты, Декс и Орэлия можете прятать крылья, а другие серафимы нет?

— Есть разница между обычными серафимами и элитой, точно так же, как между драконами и Хранителями.

— То есть… ты вроде как Хранитель? Как Лука для Теона?

— Вроде того. Только все мы связаны с Ахазом, а не с кем-то еще.

Несколько мгновений она обдумывала это в тишине, а потом произнесла:

— Пару месяцев назад ты сказал, что твоя свобода зависит от того, кем я должна стать.

— Так и есть, — он впервые с тех пор, как сел, повернулся к ней лицом. — Перед тобой столько путей. Один путь даст свободу одним, но обречет других. Другой сделает ровно наоборот. Некоторые пути освободят многих, другие принесут лишь смерть.

— Тогда кем же я должна быть и что выбрать?

— Брось, Тесса, — поддразнил он с привычной ухмылкой. — Ты же умная. Я наблюдал, как ты последние месяцы обводила вокруг пальца Лорда Ахаза и Декса.

Он тихо усмехнулся:

— Ты устроила мне отличное развлечение.

— Безумно рада за тебя, — буркнула она раздраженно.

— Ты достаточно сообразительна, чтобы понимать: только ты сама можешь решить, кем тебе суждено быть. Разве не этим ты занимаешься с самого Выбора? Сопротивляешься? Говоришь всем, что они тобой не владеют? Что тебя нельзя посадить на цепь или надеть на тебя ошейник? И все же…

— И все же «что »? — рявкнула она, и ее сила всколыхнулась под кожей, прежде чем снова утихнуть.

— И все же я не уверен, что ты до конца убедила в этом саму себя. Именно поэтому все продолжают пытаться использовать тебя и загнать в ловушку.

Она уставилась на него, не находя слов для достойного ответа.

— В какой-то момент для меня это перестало быть просто вопросом выживания, — продолжил Брекен. — Задолго до того, как я оказался в этом проклятом мире. Но каким бы он ни был, я предпочел бы остаться здесь, чем вернуться туда, откуда пришел.

Ошеломленная этим признанием, Тесса выдохнула:

— Ты не хочешь домой?

— Тот мир перестал быть моим домом, когда у меня отняли того, кого я любил, — ответил он, поднимаясь на ноги. — Это изменило меня. Так же, как изменило тебя. Я силен, но ты? Ты можешь уничтожить целый мир, и, думаю, ты это сделаешь. Ты уже была на грани. Именно поэтому они так тебя боятся. Именно поэтому пытаются надеть на тебя ошейник и посадить на цепь. Потому что, как только ты полностью поверишь в себя и в то, на что способна… вот тогда ты станешь свободной.

В горле у нее встал ком, и она с трудом его сглотнула, глядя на него снизу вверх.

— Зачем ты мне это говоришь? — прохрипела она.

— Чтобы ты могла решить, кем хочешь быть, — просто ответил он. — Не ради меня или Декса. Не ради Теона, Луки, Ахаза или Ариуса. А ради себя, Тесса.